Аксаков о Европе и России

Историография

В историографии нет единого мнения касательно истоков русской философии, её периодизации и её культурного значения. Исторические границы русской философии напрямую зависят от того философского содержания, которое усматривает в русской интеллектуальной истории конкретный исследователь. Традиционно с XIX века выделяют «допетровский/древнерусский» и «послепетровский/просвещенческий» этапы развития русской философии. В современной историографии также выделяют третий, «советский», период. Отталкиваясь от религиозной мысли архимандрит Гавриил — первый историк русской философии — усматривал её истоки в дидактическом «Поучении» Владимира Мономаха, тем самым он напрямую возводил русскую философию к традиционным древнерусским книжникам. Ряд крупных историков русской философии, однако, склонен рассматривать философию в более строгих границах: русская философия оформляется как самостоятельное явление, таким образом, в эпоху Петра Великого.

Сведение русской философии к просвещенческой парадигме неоднократно подвергалось критике в виду редуктивизации русского философского наследия прежних эпох. Дискуссии об истоках и границах русской философии не утихают по сей день, хотя в большинстве современных историко-философских очерков русская философия рассматривается как явление русской интеллектуальной культуры уходящее корнями в богословско-дидактическую литературу Древней Руси (к числу первых русских философов относят Климента Смолятича, Кирика Новгородца, Кирилла Туровского и др.).

По мнению Николая Лосского, характерными чертами русской философии являются: космизм, софиология (учения о Софии), соборность, метафизичность, религиозность, интуитивизм, позитивизм, реалистичность (онтологизм).

По профессору А. Д. Сухову, ни одна другая философия не содержит так много размышлений о судьбах своей страны.

Как отмечает исследовательница М. Н. Варламова, в России гораздо более значимой фигурой чем Аристотель является Платон.

Проф. Нина Дмитриева отмечает, что «русская философская мысль вплоть до рубежа XIX—XX веков развивалась главным образом в русле литературной критики и публицистики при преимущественном внимании к злободневным социально-политическим и этическим вопросам. А в последние десятилетия XIX века тон в академической и так называемой вольной философии стали все больше задавать мыслители мистико-религиозного толка».

Как отмечает в своём труде «История русской духовной культуры» (Омск, 2015) профессор, д-р ист. наук Н. В. Воробьева, современные исследователи постулируют отсутствие оригинальной национальной славяно-русской философской системы, полагая систему русской философии как явление Нового времени.

Как пишет акад. Д. С. Лихачёв: «в течение многих веков русская философия теснейшим образом была связана с литературой и поэзией. Поэтому изучать ее надо в связи с Ломоносовым и Державиным, Тютчевым и Владимиром Соловьевым, Достоевским, Толстым, Чернышевским…».

Истоки русской философии

Философская мысль в Древнерусском государстве (XI—XIII вв.)

Существование древнерусской философии дискуссионно. Одни исследователи (П. Д. Лескин, 2006) признавали факт её существования, другие отрицали, утверждая лишь наличие философских идей и проблематики в древнерусской литературе. Философские мысли «еллинских мудрецов» попадали в древнерусскую литературу из переводных источников. В рамках религиозного мировоззрения решался вопрос о природе человека (Изборник Святослава, Кирилл Туровский, Нил Сорский), государственной власти (Иосиф Волоцкий) и общечеловеческих ценностях («Слово о законе и благодати» митрополита Иллариона, который иногда называется «первым древнерусским философом»). Этический идеал содержится в Поучении Владимира Мономаха. «Повесть временных лет» помимо историософии (этногенез как кара за Вавилонскую башню) содержит и элементы религиозной философии: разрабатываются понятия собьства (ипостаси), плоти (материи), зрака (формы), хотения (желания) и мечтания (воображения). Также в древнерусском государстве широкое хождение имела переводная литература византийских философских памятников, важнейшими из которых были сборник изречений «Пчела» и «Диоптра» Филиппа Пустынника. Среди наиболее известных авторов, оставивших философски значимые труды, следует назвать Владимира Мономаха, Феодосия Печерского, Клима Смолятича, Кирика Новгородца, Кирилла Туровского и Даниила Заточника.

Философская проблематика в трудах русских книжников XIV—XVII веков

Иосиф Волоцкий и Нил Сорский Основные статьи: Иосиф Волоцкий, Нил Сорский, Ересь жидовствующих, Стригольники

Широкая полемика развернулась между последователями Иосифа из Волоколамска (в миру — Ивана Санина), прозванными «иосифлянами», и Нила Сорского (в миру — Николая Майкова), прозванными «заволжскими старцами», или «нестяжателями». Центральный вопрос, волновавший полемистов, был связан с ролью церкви в государстве и значением её земельных владений и убранства. К философии проблема убранства церквей и земельных угодий прямого отношения не имела, однако послужила толчком для рассмотрения проблем церковных владений в плоскости библейской и свято-отеческой литературы (в полемике цитируется Григорий Синаит и Симеон Новый Богослов, Иоанн Лествичник, Исаак Сирин, Иоанн Кассиан Римлянин, Нил Синайский, Василий Великий и др.). и привело, в конечном счёте, к постановке вопроса о значении связи между верой и властью, получившей на русской почве разрешение в идее «харизмы» властителя. Дальнейшее развитие эта философская проблема получила в эпистолярном наследии Ивана Грозного и князя Курбского, в «Слове о воеводе Дракуле» Фёдора Курицына, а также в послании Ивана Пересветова. Помимо этого Иосиф Волоцкий и Нил Сорский вошли в историю в ходе борьбы с ерясями жидовствующих и стригольников, распространившихся в Новгородской земле (прежде всего, в самом Новгороде и во Пскове). С распространением ереси жидовствующих в русской интеллектуальной среде стали появляться произведения псевдо-Аристотеля. Положения стригольников по своему духу были близки гусситам. В этой связи возникает потребность не только в аргументах свято-отеческой литературы, но и памятниках латинской схоластической учёности, которые стал переводить участник «геннадиевского кружка» Дмитрий Герасимов, известный также как Дмитрий Схоластик. Примечательно, что реакция на еретиков со стороны Иосифа Волоцкого и Нила Сорского также кардинально разнилась: Иосиф Волоцкий настаивал на уничтожении еретиков, по Иосифу нужно «наносить им раны, освящая тем свою руку», в то время как Нил Сорский и Вассиан Патрикеев настаивали на необходимости увещевания, борьбы словом, а не мечом. Полемика между иосифлянами и нестяжателями стала важным примером напряжения между властью и вольнодумцами в Русском государстве, в дальнейшем вновь и вновь возникающего в истории русской философии, неоднократно подпадавшей под запрет.

Геннадиевский кружок Философия в кругу спротивномудрствующих Острожская школа Основная статья: Острожская школа

Важную роль в формировании русской философии сыграла Острожская школа, основанная князем Константином Острожским в его владениях в Остроге с целью укрепления православной веры и повышения качества трудов православного духовенства в полемике с униатами. В Острожской школе большое внимание уделялось изучению языков: древнегреческого, латинского и старославянского. При школе действовала типография, в которой служили Иван Фёдоров и Пётр Тимофеев. В развитии школы также принимал участие князь Андрей Курбский. Наряду с богословской литературой, в Острожской школе изучалась схоластическая философия. Так Виталий Дубенский составил в Уневском монастыре флорилегий «Диоптра, или Зеркало и отражение жизни человеческой на том свете». Среди выпускников академии были: автор «Грамматики» Мелетий Смотрицкий (сын первого ректора), архимандрит Киево-Печерской лавры, основатель Лаврского печатного двора Елисей Плетенецкий, писатель-полемист, философ, автор «Апокрисиса» Христофор Филалет и многие другие. Деятельность Острожской школы предопределила направленность философских и богословских курсов в Киево-Могилянской и Московской славяно-греко-латинской академиях.

Пётр Могила и Киевская коллегия Ртищевская школа Московская славяно-греко-латинская академия

Симеон Полоцкий, Сильвестр Медведев и братья Лихуды. Феофилакт Лопатинский. Палладий Роговский.

Философия в Смоленском коллегиуме

Гедеон Вишневский.

Русская философия XVIII века

Реформы Петра I способствовали ограничению власти церкви и проникновению в Россию западной философии посредством формируемой системы высшего образования. Самым популярным западным новшеством стал деизм, приверженцами которого стали такие ключевые мыслители русского Просвещения как Михаил Ломоносов и Александр Радищев. Именно в этот момент на русскую почву попадают атомизм и сенсуализм. Практически идеи деизма выражались в антиклерикализме и обоснованию подчинения духовной власти светской, за что ратовала ещё учёная дружина Петра I. Также философия русского просвещения адаптировала многие идеи масонства (Николай Новиков). Григорий Теплов составляет один из первых русских философских словарей.

Феофан Прокопович и Стефан Яворский. Михаил Ломоносов. «Разговор двух приятелей» Василия Татищева. «Детская философия» Андрея Болотова. Григорий Сковорода. «Знания, касающиеся вообще до философии» Григория Теплова. «О человеке, о его смертности и бессмертии» Александра Радищева. Русские мартинисты и «внутренние христиане».

Русская философия XIX века

Основные статьи: Петр Чаадаев, Славянофильство, Философия Достоевского

В начале XIX века в России появляется шеллингианство. В 1823 году создается Общество любомудрия.

  • Петр Чаадаев — стоял у истоков оригинальной философии, задал вопрос о смысле России как отдельной цивилизации. В остальном он повторял старые идеи о механистическом устройстве мира и провиденциальном характере истории.
  • Алексей Хомяков — славянофил, считал неудовлетворительным решение о смысле России, отстаивал идеи соборности.
  • Иван Киреевский — славянофил, отстаивал идеал допетровской патриархальной Руси.
  • Константин Аксаков — провел различение между страной и государством.
  • Фёдор Достоевский заявил о «русской идее» и необходимости восстановления связи «образованного общества» с народом на основе национальной «почвы».
  • Герцен
  • Белинский
  • Добролюбов
  • Чернышевский
  • Писарев

Философия всеединства В. С. Соловьёва

Основная статья: Владимир Сергеевич Соловьёв

Современники называли Владимира Сергеевича Соловьёва (1853—1900) центральной фигурой русской философии. Он критиковал существующую до него философию за отвлеченность и не принимал таких крайних её проявлений как эмпиризм и рационализм. Выдвигал идею положительного всеединства, во главе которого стоит Бог. Благо он видел как проявление воли, истину как проявление разума, красоту как проявление чувства. Весь материальный мир философ видел подконтрольным Ему, человек же в его философии выступал связующим звеном между Богом и природой, Им созданной, но не совершенной. До совершенства (вплоть до одухотворения) должен довести её человек, в этом смысл его жизни (движение к Абсолюту). Поскольку человек занимает промежуточное положение между Богом и природой, его нравственная активность проявляется в любви к другому человеку, к природе и к Богу.

Философия Л. Н. Толстого

Основная статья: Лев Николаевич Толстой

Одно из центральных мест в русской философии занимает Лев Николаевич Толстой (1828—1910). На его философию оказали влияние взгляды Канта, Руссо, А. Шопенгауэра. Взгляды Толстого разделяли многие современники («толстовцы») и последователи. Сам Ганди считал его своим учителем.

В своей философии Толстой признает ценность моральной составляющей религии, но отрицает все богословские её аспекты («истинная религия»). Цель познания видит в поиске человеком смысла жизни.

Религиозная философия XX века

Русская религиозная философия рубежа XIX и XX вв. стала своеобразным синтезом между славянофильством и западничеством. Вслед за Чаадаевым сохранились проекты построения царства божьего на Земле, которые приобрели черты софиологии (Вл. Соловьев, С. Булгаков) и розы мира (Д. Андреев). Важной частью построения справедливого общества мыслилась религия и духовно-нравственное перерождение. Отчасти идеи софиологии наследуют большевизм (коммунизм) и космизм (ноосфера).

В XX веке в связи с драматическими событиями русской истории происходит разделение русской философии на русский марксизм и философию русского зарубежья. Часть философов была выслана за границу, но часть осталась в Советской России: Павел Флоренский и его ученик Алексей Лосев. Через последнего традиции русской философии были возрождены в Советской России, поскольку от него духовное преемство получили С.С. Аверинцев и В.В. Бибихин

Экзистенциализм Н. А. Бердяева

Основная статья: Николай Александрович Бердяев

Важнейшее место в русской философской мысли первой половины XX века занимает творчество Николая Александровича Бердяева (1874—1948), наиболее яркого представителя русского экзистенциализма. В начале своего пути Бердяев придерживался марксистских взглядов, участвуя в антиправительственных демонстрациях и ведя переписку с одним из лидеров германской социал-демократии Карлом Каутским. Однако вскоре молодой философ и мыслитель отошёл от марксизма, став одним из наиболее обстоятельных критиков этого учения.

Бердяев называет основной противоположностью, которая должна развиваться в мировоззрении философа, противоположность между духом и природой. Дух есть субъект, жизнь, творчество и свобода, природа — объект, вещь, необходимость и неподвижность. Познание духа достигается посредством опыта. Бог есть дух. Те из людей, кто имел духовный опыт и опыт творчества, не нуждаются в рациональном доказательстве существования Бога. По своей сути божество иррационально и сверхрационально.

Развивая в своем учении тему творчества и духовности, Бердяев уделяет огромное внимание идее свободы, в которой раскрывается связь между Богом, Вселенной и человеком. Он различает три вида свободы: первичную иррациональную свободу, то есть произвольность; рациональную свободу, то есть исполнение морального долга; и, наконец, свободу, проникнутую любовью Бога. Он утверждает, что свобода не создается Богом, и поэтому Бог не может быть ответственным за свободу, которая породила зло. Первичная свобода обуславливает возможность как добра, так и зла. Таким образом, действия человека, обладающего свободной волей, не может предвидеть даже Бог, он выступает помощником, чтобы воля человека становилась добром.

Экзистенциальные воззрения в творчестве Бердяева проявляются в его мыслях о проблеме личности. По Бердяеву, личность — не часть космоса, напротив, космос — часть человеческой личности. Личность — не субстанция, она — творческий акт, она неизменна в процессе изменения. Личность, проявляющая творческую деятельность, тем самым находит в себе божество.

Бердяев пытается сформулировать так называемую «русскую идею», в которой выражается характер и призвание русского народа. «Русский народ есть в высшей степени поляризованный народ, он есть совмещение противоположностей, » — считает мыслитель. В русском народе сочетаются жестокость и человечность, индивидуализм и безликий коллективизм, искание Бога и воинственное безбожие, смирение и наглость, рабство и бунт. В истории проявились такие черты национального характера, как покорность власти, мученичество, жертвенность и склонность к разгулу и анархии. Говоря о событиях 1917 года, Бердяев подчеркивает, что либерально-буржуазная революция в России была утопией. Революция в России могла быть только социалистической. По мнению философа, русская идея коренится в идее братства людей и народов, ибо русский народ по своей душевной структуре религиозен, открыт и коммунитарен. Тем не менее, напоминает Бердяев, не стоит забывать о поляризованности природы русского человека, способного к состраданию и возможности к ожесточению, стремящего к свободе, но порой склонному к рабству.

В числе главных трудов Бердяева «Философия свободы» (1911), «Смысл творчества. Опыт оправдания человека» (1916), «Философия неравенства. Письма к недругам по социальной философии» (1923), «Истоки и смысл русского коммунизма» (1937), «Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX—XX века» (1946).

Евразийство

Еврази́йство — философско-политическое движение, выступающее за отказ от европейской интеграции России в пользу интеграции с центральноазиатскими странами. Евразийское движение, появившееся в среде русской эмиграции в 1920—1930-е гг., приобрело популярность к началу XXI века.

Идеи евразийства, практически забытые ко второй половине XX века, были во многом воскрешены историком и географом Л. Н. Гумилёвым и получили широкое распространение к началу XXI века. Гумилёв в ряде книг, — «Этногенез и биосфера Земли», «Тысячелетие вокруг Каспия» и «От Руси к России», — используя евразийскую концепцию и дополняя её собственными разработками, формирует свою концепцию этногенеза, приводящую его к ряду выводов, среди которых для нас наибольшую важность имеют следующие: во-первых, любой этнос представляет собой общность людей, объединённую некоторым стереотипом поведения; во-вторых, этнос и его стереотип поведения формируются в конкретных географо-климатических условиях и остаются устойчивыми длительный период времени, сравнимый со временем существования этноса; в-третьих, суперэтнические целостности формируются на основе обобщенного стереотипа поведения, разделяемого представителями различных этносов единого суперэтноса; в-четвёртых, стереотип поведения суперэтнической целостности представляет собой некоторый способ бытия, отвечающий определенным условиям существования.

В настоящее время существует несколько организаций, заявляющих о своей преемственности идеям евразийцев. Основными среди них являются Евразийский союз молодёжи, Международное Евразийское движение главного идеолога неоевразийства Александра Дугина и ряд других организаций.

Советская философия

Ещё до начала Октябрьской революции в России получила развитие философия марксизма (Георгий Плеханов, Владимир Ленин).

Основным в советской философии считался вопрос о соотношении материи и сознания, а основным методом — диалектика, в которой выделялось три закона. Структурно философия делилась на диалектический и исторический материализм, то есть философию природы и философию истории. Природа, трактуемая как материя и объективная реальность, считалась вечной и бесконечной в пространстве и времени. Сознание интерпретировалось как «свойство высокоорганизованной материи».

В теории познания господствовала ленинская теория отражения. Исторический процесс воспринимался через призму соподчиненного отношения базиса (экономика) и надстройки (культура), который проходил через последовательно сменяющие друг друга формации: первобытнообщинный строй, рабовладельческий строй, феодализм, капитализм и социализм (как первой стадии коммунизма).

В советские годы приобрели популярность дискуссии о природе идеального (только «в голове» или нет? Давид Дубровский — Эвальд Ильенков), споры о природе информации.

Большой популярностью в позднесоветский период пользовались такие философы как А. Ф. Лосев, С. С. Аверинцев, В. В. Бибихин.

В позднесоветский и постсоветский период получили широкое признание идеи Московско-Тартуской семиотической школы. Михаил Бахтин развивает идеи полифонии, диалога и карнавальности.

Литература

  • Ванчугов В. В. Первый историк русской философии: Архимандрит Гавриил и его время. — М.: Мир философии. 2015. — 752 с. — (Русская философия). ISBN 978-5-9906502-0-6
  • Гавриил, арх. Русская философия /Предисловие, подготовка текста, примечания — д.ф.н. В. В. Ванчугов/. — Москва. — Издательство Российского университета дружбы народов, 2005.
  • Гавриил, арх. Исторiя Философiи. Часть VI. Казань, в Университетской Типографiи 1840. — Часть 6: Русская философии. (факсимильное издание на портале Руниверс)
  • Галактионов А. А., Никандров П. Ф. История русской философии. — Москва: ИСЭЛ, 1961.
  • Галактионов А. А., Никандров П. Ф. Русская философия IX—XIX веков. 2-е издание, исправленное и дополненное. — Ленинград: Изд-во ЛГУ, 1989.
  • Зеньковский В. В. История русской философии / Вступ. ст., подгот. и примеч. В. В. Сербиненко. — М., 2001.
  • Лосский Н. О. История русской философии / Пер. с англ. — М.: Академический проект, 2007. — 560 с. — ISBN 978-5-8291-0858-8
  • Русская философия первой половины XIX века. — Свердловск: Издание Уральского университета, 1967. На сайте Руниверс
  • Русская философия / M. H. Громов // Новая философская энциклопедия : в 4 т. / пред. науч.-ред. совета В. С. Стёпин. — 2-е изд., испр. и доп. — М. : Мысль, 2010. — 2816 с.
  • Сиземская И. Н. Русская «философия-поэзия» как форма историософского миросозерцания (начало) // Знание. Понимание. Умение. — 2006. — № 1. — С. 127—133.
  • Soboleva M. E. Russische Philosophie im Kontexte der Interkulturalitaet. Traugott Bautz Verlag, 2007.
  • Сухов, Андрей Русская философия: особенности, традиции, исторические судьбы. М., ИФ РАН, 1995. (PDF)
  • Ю. Семёнов. О русской религиозной философии конца XIX — начала XX века
  • http://rvb.ru/swassjan/noch_nacht/15.htm
  • Гриненко Г. В. История философии — М.: Юрайт-Издат. — 2004.
  • Философия в СССР и постсоветской России / В. Ф. Пустарнаков, А. Г. Мысливченко, В. А. Лекторский, А. П. Огурцов // Новая философская энциклопедия : в 4 т. / пред. науч.-ред. совета В. С. Стёпин. — 2-е изд., испр. и доп. — М. : Мысль, 2010. — 2816 с.

Современные русские мыслители. Кто они?

Каких современных русских философов вы склонны назвать?

Валерий Савчук: Процитирую Вячеслава Курицына, который задался своим рейтингом современных поэтов: «Первым, кто пришёл мне в голову, был Аркадий Трофимович Драгомощенко», у меня же — Валерий Александрович Подорога. Кто второй, третий, шестой — вопрос открыт? Претендентов много, но все они, замечу, либо в Москве, либо, в существенно меньшей части, в Петербурге. Не думаю, что мой лист фамилий существенно отличается от вашего. Разве, что в вашем нет петербургского философа Александра Николаевича Исакова с его антропологической концепцией истины и, к сожалению, рано ушедшего танатолога Андрея Витальевича Демичева.

Можно ли говорить о существовании современной русской философии?

Натан Солодухо: Думаю, что современная русская философия существует: она несёт традиции российской философии в целом и в то же время отражает современные тенденции развития знания, прежде всего, научного.

Не берусь характеризовать русскую философскую традицию всесторонне, тем не менее, можно назвать её некоторые примечательные черты. Это, прежде всего, выражение пейзажа русской души, в котором отражается пейзаж российской земли (см. Н. А. Бердяева): её безмерность и неисчерпаемость, отсюда — непомерность дум, заглядывание за горизонт с характерной космизацией проблем общечеловеческой тональности (это есть, скажем, у Н. Ф. Фёдорова и К. Э. Циолковского). Отсюда неизбывная непрактичность, непрагматичность философствования во спасение души, но не тела. И как следствие этого — нравственное облачение этой философии с проявлением любви как к высокой женственности, так и высокой мудрости — софийности. И как парадокс — обращение за поддержкой к научному знанию, а в результате получаем сплав религиозности и научности (как у П. А. Флоренского, В. И. Вернадского). Нескончаемый поиск гармонии несоединимого (например, в принципе всеединства В. С. Соловьёва и С. Л. Франка). Ещё одна черта: российская двуглавость — обращённость и на Запад, и на Восток, евразийность. Но это, конечно, не всё.

К современным тенденциям русской философии следует отнести, с одной стороны, новый поиск метафизических, запредельных оснований реального («неоклассика»), с другой — попытку применять философию в качестве общенаучного и междисциплинарного интегратора знания (с использованием синергетизма, ситуационизма, экологизма и т. п.), осмысление гносеологии и аксиологии науки и техники. Но и это также полностью не характеризует современную российскую философию.

Называть ярких представителей современной русской философии очень трудно. Она собирательна. Определённую грань этой философии («лирической метафизики») в недавнем прошлом выражал А. Н. Чанышев, у которого философская рациональность обходится без опоры на научное знание. В то же время объяснение и презентация общенаучного статуса философии присутствует в работах В. С. Готта, Э. П. Семенюка, А. Д. Урсула и др. (я имею в виду отечественную концепцию «интегративно-общенаучного знания»), но и это конец прошлого века, который базируется на традициях позитивистской и марксистской философии.

Какая именно философия процветает сейчас в России?

Константин Крылов: Во-первых, переводная, читайте — дающая возможность интеллектуалу позаниматься самым сладким, то есть западными проблемами. Это самое вкусное: проблемы людей, у которых нет проблем (на наши деньги нет). На минутку чувствуешь себя человеком. То есть французом. Читайте: «нет, я не русский». Опять же — все серьёзные мыслительные человеки в России занимаются именно этим. То есть переводами и комментариями к переводам. В самом лучшем случае — писанием книг, единственным достоинством которых является то, что они похожи на переводы.

Во-вторых, жива ещё философия «русская», то есть «православие, самодержавие, духовность», настаиваемые то на Ильине, то на Булгакове. Насморочная кондовость этого, с позволения сказать, дискурса, не мешает ему быть востребованным в определённом качестве — а именно: для выквохтывания того, что русский православный народ не ищет себе сокровищ на земле, а хочет быть изнасилованным и мёртвым во имя чего-нибудь. Читайте: «прощеньице».

В-третьих, постмодернизм по-российски. Это не философия, а разновидность так называемого «современного искусства» — то есть интересная чушь. Кстати, это непросто — сделать чушь интересной, так что не нужно относиться к этому совсем уж неуважительно. «Вы сами так смогите».

И, наконец, есть классический Дугин, «имперство» и ему подобное философствование реванша, «когда-нибудь мы поднимемся и ударим третьим Римом по вражьей морде» — главным условием которого является демонстративная утопичность. Мечтания поиметого об оборотке должны быть грозными, но безобидными.

Существуют стратегические союзы между «духовностью» и «имперством», с одной стороны, и постмодернизмом и переводняком, с другой. В первом случае получается «гиренок», во втором — какие-нибудь «евроонтологии». Случается, впрочем, и свальный грех, смешение всего со всем.

Ну так что? Как возможно приличному человеку заниматься чем-то из вышеперечисленного?

Вот и я недоумеваю.

Кого из современных русских философов вы бы могли назвать?

Гейдар Джемаль: С. С. Хоружего, покойного С. С. Аверинцева, А. М. Пятигорского, А. Г. Дугина. Ю. В. Мамлеев — больше писатель, чем философ. Е. В. Головин — исследователь эзотерики, эрудит, интеллектуал, носитель определённых традиционалистских концептов. Но больше всего мне непонятен А. А. Зиновьев, его феномен как советского философа, который после «Зияющих высот» превращается в защитника коммунизма. Он ведь так и не стал идеологически большевиком. В целом, как в философии, так и за её пределами совок не кончился и по сей день. Мы живем при том же самом политическом классе, с которым я боролся в 1970-1980-е годы. В 1991 году произошло то, что Троцкий предсказывал в 1937 году. Развитие сталинской партократии, бюрократии и люмпен-номенклатуры, в конце концов, привело к сливу идеологического центра всего красного проекта и к приходу дикого капитализма в его сырьевой варварской компрадорской форме. Троцкий считал, что это произойдёт в 1941 году, но вмешалась война. То, что у нас сейчас происходит, это, выражаясь по Марксу, сначала — трагедия, а затем — фарс, фарсовая форма неосталинизма.