Крест паломника из иерусалима

Иерусалимский крест

Купола собора всех святых в земле Российской просиявших

В прошлом году (июль 2016) в журнале «Монастырский вестник» было опубликовано интервью с настоятельницей Горненского женского монастыря в Иерусалиме игуменией Георгией (Щукиной). Многие паломники, как из России, так и из других уголков мира, специально едут в обитель, чтобы испросить благословение матушки, побыть рядом с человеком, чье сердце и глаза исполнены любовью к Богу и людям. В настоящее время игумения Георгия находится в тяжелом состоянии в одной из больниц Иерусалима. Просим наших читателей помолиться о ней.

Игумения Георгия (Щукина)

Перед каждым богородичным праздником мы слышим в храме евангельские слова: «Воставше Мариам, иде в Горняя со тщанием во град Иудов». Божия Матерь, получив известие от архангела Гавриила, поспешила из Назарета в град Иудов, что недалеко от Иерусалима, где жила ее родственница, мать святого Иоанна Предтечи Елисавета. Сейчас на месте встречи Девы Марии и праведной Елисаветы находится русский Горненский женский монастырь. Последние годы в истории обители неразрывно связаны с именем игумении Георгии, которая вот уже 25 лет несет здесь крест игуменского служения. В ноябре 2016 года матушка отметила свой 85-летний юбилей. Корреспондент МВ посетила Горненскую обитель и побеседовала с его настоятельницей о жизни и миссии русских монахинь на Святой Земле.

Святой Свет

– Дорогая матушка Георгия, Христос Воскресе! Очень радостно приветствовать Вас этими словами на Святой Земле, где произошло Светлое Христово Воскресение.

– Воистину Воскресе! Да, мы здесь живем в совершенно особенном месте, ведь Святую Землю называют Пятым Евангелием.

– Наверное, каждый христианин мечтает о том, чтобы хоть раз в жизни пережить время Страстной седмицы и Пасхи Христовой в Иерусалиме. Если это произошло в жизни человека, все последующие годы он будет мысленно возвращаться в ту свою иерусалимскую Пасху. Как Вы думаете, почему побывать здесь столь важно для православного человека?

– Находясь в паломничестве по Святой Земле, христианин своими глазами видит места евангельских событий. После этого он и Евангелие по-другому читает, воспринимает слова глубже и постепенно меняет свою жизнь на более духовную. А если посчастливится быть в Израиле на Вербное Воскресенье, в дни Страстной седмицы и Пасхи, то намного сильнее, глубже переживаешь события этих дней.

Матушка Георгия на Литургии — Лазарева суббота

Например, вечером Лазаревой субботы мы с сестрами под звон колоколов с пальмовыми ветвями идем от того места, где Господь сел на ослика, до стен Старого города – то есть шествуем вместе со Христом в Иерусалим. В Великую Пятницу направляемся по Крестному пути Спасителя, а в Великую Субботу стремимся к Святому Гробу, чтобы увидеть и поклониться Его Святому Свету – так на Святой Земле называют Благодатный огонь. В этот день душа ликует и за все благодарит Господа.

Находясь в Иерусалиме в эти святые дни, можно особо прочувствовать, как много сделал и делает для нас Господь, и как мало мы отдаем Ему, как черство бывает наше сердце.

Вид на Горненский монастырь

– Попасть в храм Воскресения Христова на схождение Благодатного огня сейчас очень трудно. Но, даже получая Огонь, стоя в лабиринтах улиц Старого города, испытываешь настоящую пасхальную радость. Я бы даже сказала, что праздник Пасхи начинается в ту самую минуту, когда сходит Благодатный огонь. Поэтому время его схождения так ждет весь христианский мир.

– Да, попасть к Гробу Господню с каждым годом становится все сложнее. Я в этом году впервые за 25 лет не поехала, для меня это уже тяжело. Когда я приехала на Святую Землю в 1991 году, перед Вербным Воскресеньем паломников практически не было. В свою первую Великую Субботу в Иерусалиме я стояла прямо у Кувуклии, в храме были только местные христиане. Когда сошел Святой Свет, Патриарх Иерусалимский Диодор спокойно вышел из Кувуклии, и мы прямо от его свечи зажгли свои. Сейчас все совсем по-другому.

– Говорят, во время схождения Благодатного огня весь храм освящается яркими всполохами.

– Я помню, как раньше в храме Воскресения повсюду сверкали белые и розовые вспышки. Сейчас уже гораздо меньше этих всполохов. Еще на всю жизнь запомнилось, как в мою первую Пасху на Святой Земле, сразу после схождения Благодатного огня, отец Пантелеимон, который по сей день дежурит у Гроба Господня, провел меня прямо в Кувуклию. Ему сказали, что приехала новая игумения из Горненского монастыря.

И вот, я со страхом вхожу в Гроб и вижу, что вся плита – влажная, стоит благоухание (во время схождения Святого Света плита всегда становится влажной). Я счастливица, видела это чудо своими глазами, мне это очень много сил тогда придало.

Избранница Богородицы

– Вы упомянули, что приехали в Иерусалим перед Вербным Воскресеньем. Как это произошло и что этому предшествовало?

– Меня привез сюда Святейший Патриарх Алексей II. Мы прилетели 27 марта 1991 года. До меня пять с половиной лет игумении в Горненской обители не было. А я до этого восстанавливала Иоанновский монастырь на Карповке – обитель святого праведного Иоанна Кронштадтского. При мне, в 1990 году, в монастыре состоялось прославление дорогого батюшки (так мы называем отца Иоанна). Было огромное торжество, одних архиереев 20 человек – для тех времен это очень много. Служба проходила на улице.

На Карповке я игуменией не была, монастырь был восстановлен как Пюхтицкое подворье. Я была там старшей сестрой. Уже после прославления отца Иоанна Кронштадтского как-то звонит Святейший Патриарх Алексий II и говорит, что надо потрудиться в Горненской обители в Иерусалиме. Я стала возражать: «Святейший, я же языка не знаю, вообще ничего не знаю, как я буду?» А он отвечает: «Мать Георгия, на сегодня у меня только одна ваша кандидатура. Сколько сможете…»

– Это назначение было для Вас полной неожиданностью?

– Вы знаете, я часто ездила за советом к старцу Николаю Гурьянову. Когда в Пюхтицах жила, меня игумения Варвара к нему посылала. Если были какие-то вопросы, то все к батюшке. Однажды приехала, он, как всегда, с любовью встретил. Посидели, чайку попили, а потом отец Николай говорит: «Пойдем в храм, Матери Божией помолимся».

Заходим в храм, он берет меня за руку и ведет в алтарь. Недоумеваю про себя: зачем в алтарь-то? Сбросила туфли, захожу. Кладу один поклон, второй, а после третьего чувствую, что мне не встать. Не пойму, что же случилось.

В алтаре печь была, рядом с ней стоял большой железный крест. Этот крест мне батюшка на спину положил, поэтому я встать и не могла. Отец Николай меня поднимает вместе с крестом и говорит: «Георгиюшка, неси, это твой иерусалимский крест». Я крещусь, говорю: «Какой крест, батюшка?» «Да твой, игуменский иерусалимский крест», – отвечает. Это задолго до звонка Святейшего было.

– А после звонка Его Святейшества Вы делились со старцем Николаем своими волнениями?

– Да, приезжала к нему еще раз. «Батюшка, не знаю, как же я смогу?» «Не волнуйся, – отвечает, – Господь поможет, Матерь Божия тебя избрала». Говорю: «Святейший обещал, что я недолго там пробуду. Три-пять лет». «А я хочу, чтобы ты там и померла» – заключил отец Николай. И вот, уже 25 лет я на Святой Земле, не знаю, сколько Боженька еще отпустит…

Собор всех святых в земле Российской просиявших

– Матушка, дай Бог Вам многая лета! В Вашу обитель часто приезжают служить владыки, священники из России, Грузии, Европы. Все любят Вас и Горненский. В этом году на Пасху в Иерусалим приезжала Нижегородская делегация в составе 150 человек. В Лазареву субботу монастырь посетил митрополит Нижегородский и Арзамасский Георгий (Данилов). Владыка отметил, что с Вашим именем связано возрождение Горненской обители, укрепление ее монашеского духа и благоустроение, что все это очень многотрудно и одному Богу известно, сколько это требует Ваших слез и молитв. А глядя на Вас, можно подумать, что Вы освобождены от всяких забот, потому что всегда радостны, добры, утешительны. Как Вам это удается?

– Когда я жила в Пюхтицах, то еще застала старых монахинь, знавших отца Иоанна Кронштадского. Они рассказывали, что он всегда говорил: «Сестры! Безропотно несите послушание. Три шага до Царствия Небесного. Но только, безропотно!»

Я в монастыре за святое послушание. Действительно, когда Святейший Патриарх Алексий II меня привез на Святую Землю, я не знала, с чего начинать. Ни воды, ни света, ни отопления – ничего не было.

– Как же сестры тут жили?

– Топили печки веточками разными. Воду использовали дождевую, которая во время зимнего периода собиралась в каменные цистерны. Вообще, климат в Израиле жаркий, отопление нужно только несколько недель в году. До меня сюда назначали игумению, ей климат не подошел. А мне, наоборот, хорошо (улыбается).

– Я же блокадница, во время войны сильно обморозилась. Нас эвакуировали, везли по Ладожскому озеру. Потом в поезде ехали, я уже без сознания была. Когда прибыли в Орехово-Зуево, мама сдала нас в морг, как двух покойниц: меня и младшую сестричку Ниночку. Кто-то в морге заметил, что я очнулась, и отдал меня в больницу. Мне хотели ампутировать пальцы на руках и ногах. Господь помог, только на одной ноге пальцев нет. Мне 10 лет тогда было.

Игумения Георгия (Щукина) – Господь Вас хранил, матушка. А как Вам пришла мысль посвятить себя Богу?

– Мама во время войны умерла. Я же вернулась в Ленинград, к тете. Ходила в храмы разные. Помню, на рождественской службе в храме святого князя Владимира священник сказал: «Дорогие братья и сестры, Сам Бог пришел на землю, родился, крестился, ради нашего спасения пострадал и воскрес! А что мы ему принесем?» Я стою, плачу, думаю: ничего у меня нет, кроме меня самой. «Возьми меня, Господи!», – подумала. Вот такое у меня появилось желание.

Я молилась, чтобы Матерь Божия благословила меня на монашеский путь. А тетя ни в какую не хотела опускать. Тогда я поехала к преподобному Серафиму Вырицкому. Батюшка уже лежал, не выходил, мне сказали, что можно написать ему записочку. Я подумала: как так, мне батюшку очень надо видеть. И вдруг из кельи выходят и меня приглашают.

Вокруг люди возмутились: многие уже со вчерашнего дня ждали. Я зашла в келью, встала перед отцом Серафимом на колени. Он меня благословил и спросил, что случилось. Сказала, что очень хочу в монастырь, а тетя не пускает. Отец Серафим ответил: «С Богом гряди. Матерь Божия тебя избрала. А тетушка твоя пусть ко мне приедет».

Тетя приехала к отцу Серафиму только после его второго приглашения. Он помолился, и в ней произошла перемена – она меня отпустила в монастырь.

Иде в Горний

– Матушка, и преподобный Серафим Вырицкий, и старец Николай Гурьянов говорили Вам, что Вас избрала Сама Богородица. И это, действительно, так: Она привела Вас в Горняя, куда Сама пришла сразу после Благовещения. Расскажите, пожалуйста, как на этом месте появился монастырь?

– Участок земли, где располагается Горненская обитель, был приобретен начальником Русской Духовной Миссии в Иерусалиме архимандритом Антонином (Капустиным), который внес огромный вклад в становление Русской Палестины. При нем было приобретено 13 участков, среди них и место, где находится Мамврийский дуб, и участок на горе Елеон в сотне шагов от места Вознесения Господа и многие другие.

Здесь, в современном Эйн-Кареме, был дом праведных Захарии и Елисаветы, здесь у них родился святой Иоанн Предтеча, тут же три месяца гостила Дева Мария. Наиболее важные владения в Эйн-Кареме давно были приобретены францисканцами. Отец Антонин очень об этом печалился. Но в итоге, с помощью Божией, был куплен большой участок земли и католический монастырь оказался окружен русскими владениями. Фактически православные и католики разделили место дома праведных Захарии и Елисаветы.

– А почему старейший храм обители назван в честь Казанской иконы Божией Матери и не связан с именами праведных Захарии и Елисаветы?

– Сначала это был единственный храм в честь посещения Богородицей своей родственницы. Впоследствии храм переименовали. Связано это с одним чудом. Во время Первой мировой войны в Иерусалиме была эпидемия холеры, 8 сестер монастыря умерли. Монахини читали акафист перед образом Казанской Богоматери. Когда читали акафист в 12-й раз, икона сошла со стены, и сама обошла храм. Сестры услышали голос, говоривший, что все беды в обители прекратятся. И болезнь, действительно, отошла.

Горненский монастырь-Казанский храм

С тех пор появилась традиция чтения акафиста 12 раз в летний престольный праздник, после всенощной. А еще каждый вечер одна из насельниц обходит монастырь с Казанской иконой в руках.

– Матушка, Горненская обитель отличается в богослужебном плане от монастырей России?

– У нас в Горненском все читается и поется согласно церковному уставу, как и в российских монастырях, мы ничего не опускаем. Но у нас есть праздник, который больше нигде не отмечается – это праздник Целования.

После того, как отец Антонин основал Горненскую общину, он вынашивал мысль об учреждении специального праздника в воспоминание встречи Божией Матери и праведной Елисаветы. В 1883 году Указом Синода для Горней был утвержден праздник «Целование Мариино». Отец Антонин сам составил службу празднику.

Ежегодно 12 апреля из Троицкого Собора Русской Миссии к нам привозят икону Благовещения (в случае, если праздник Целования выпадает на Страстную седмицу, то празднование переносится, по уставу, на пятницу Светлой седмицы). Образ мы встречаем у источника, на который ходила Богородица, когда жила здесь. Все сестры при этом стоят с букетиками цветов.

Потом по дорожке, выстланной травой и цветами, мы несем икону к Казанскому храму. Образ пребывает в монастыре до дня рождества святого Иоанна Предтечи. В эти три месяца игуменией в обители являюсь не я, а сама Матерь Божия. В подтверждение этого рядом с иконой, облаченной в мантию, стоит игуменский жезл.

А еще у нас есть свой особенный образ Богоматери «Шествие Пресвятой Богородицы в Горняя». На нем изображена Дева Мария, идущая по каменистой дороге в оливковой роще.

– Вы сказали, что архимандрит Антонин (Капустин) основал Горненскую общину. Так значит, раньше Горний не был монастырем? Как здесь была устроена жизнь?

– Отец Антонин не хотел делать в Горней общежительный монастырь, поэтому в обители нет монастырских корпусов. Он хотел, чтобы общину возглавляла Сама Богородица, чтобы не было ни игумении, ни казначеи, ни благочинной. Когда насельница поступала в общину, она должна была заплатить Миссии за участок земли, на свои средства и на свой вкус построить дом, хозяйственные постройки к нему, развести сад, обязательно посадить кипарис и миндаль. Горняя постепенно превратилась в огромный сад – как вещественный, так и духовный. Община была преобразована в монастырь только в 1924 году.

– Я правильно понимаю, что когда Вы приехали сюда, от былого великолепия мало что осталось? Однако сейчас в обители вновь цветущий оазис, обилие всевозможных вазонов с цветами, вымощенные камнем дорожки, лестницы. Невозможно налюбоваться на красоту этого места, надышаться здешним воздухом. А какой открывается вид из монастыря на холмы Иерусалима!

– По приезде я застала многие домики насельниц и Казанский храм в состоянии, требующем капитального ремонта. Крыши текли, полы ходуном ходили. Общей трапезы не было, монахини сами готовили себе еду (это еще со времен основания общины так повелось), а сейчас утром, после литургии, у нас есть общая трапеза.

Фото из Архива матушки Георгии -начало игуменства в Горненском

Территория была вся заросшая. Не было ни ограды, ни охраны, да много чего не было. Сестры зачастую жили в страхе и опасности. В начале 80-ых гг. в обители убили двух монахинь (мать и дочь) – это наши мученицы Варвара и Вероника. Их могилки на монастырском кладбище.

В общем, предстоял колоссальный объем работ. Через несколько месяцев после моего приезда Святейший Патриарх Алексий II прислал нам в помощь 20 семинаристов. Ребята начали расчищать территорию. Приходилось и местных арабов нанимать на работу, были помощники и из Пюхтиц.

– Ваш предыдущий опыт в Пюхтицах и на Карповке помог на Святой Земле?

– В Пюхтицах у нас натуральное хозяйство было. Все сами делали: и огород сажали, и дрова заготавливали (матушка Георгия показывает фото огромной пюхтицкой поленницы), а тут ничего этого не было.

Питерский опыт и тот факт, что я сама из Санкт-Петербурга, очень помог. Однажды к нам совершенно неожиданно приехал тогдашний мэр Петербурга Анатолий Собчак. Уже после своего визита в Иерусалим он прислал в обитель квалифицированных рабочих, электриков, строителей.

– Кажется невероятным, что удалось построить такой большой собор во имя всех святых, в земле Русской просиявших. Его золотые купола, горящие на солнце, – украшение Горнего. Они видны издалека, как маяк для паломника. У нас в паломнической группе был случай. Одна паломница очень устала в пути и решила, что хватит с нее поездок по святым местам. Так вот, мы уже выехали на автобусе в аэропорт, она обернулась, увидела купола монастыря и сказала: «Я сейчас подумала: если обернусь и увижу купола, то обязательно снова приеду».

– Слава Богу, что строительство собора началось еще до революции. Ведь новых храмов в Иерусалиме теперь строить нельзя, можно только достраивать то, что не было достроено. Стены собора без крыши простояли почти 90 лет. Внутри огромные деревья выросли. Когда мы начали расчистку территории, над нами вертолет кружил: власти смотрели, что это русские затеяли. Много раз приходилось объяснять, что нового ничего не строим. Милостью Божией, Патриарх совершил великое освящение собора в ноябре 2012 года.

– Помимо благоустройства построек и территории Вам пришлось и духовную жизнь в монастыре налаживать?

– Да, службы в то время проходили в обители время от времени, когда из Миссии присылали священника. Сейчас каждый день у нас служба: утром и вечером. Всегда, когда положена литургия, она совершается. Это очень важно.

У нас постоянно живут два служащих священника: один семейный, другой монах. Они очень контрастны по характеру, но вместе создают особенную, неповторимую гармонию: протоиерей Виктор – темпераментный, яркий, харизматичный, очень любит петь и поет красиво. Иеромонах Иннокентий – скромный, тихий, вдумчивый. Оба – духовные, внимательные, замечательные священники.

Крестный ход в Пасхальную ночь

– В Горненском очень проникновенные службы. Честно говоря, не хочется отсюда никуда на службу уезжать. У Гроба Господня богослужение совершается на греческом языке, а все-таки очень важно понимать, что поется и читается.

– Побывать на ночной литургии у Гроба Господня для паломника необходимо. Сестры стараются ездить туда практически каждую неделю. Раньше наших монахинь приглашали петь на литургии у Гроба. Теперь такого нет.

Языковой барьер присутствует, конечно. Сестры за долгие годы научились понимать греческое богослужение, а паломникам тяжело. Поэтому на большие праздники, а на Пасху особенно, наши паломники предпочитают быть на службе у нас, в русских храмах. Совершение богослужений – это важная часть нашей миссии на Святой Земле. После ночной литургии на Пасху мы все идем в трапезную. Угощение как в России: куличи, пасхи, крашеные яйца – все родное.

– Матушка, Вы сами долго несли клиросное послушание в Пюхтицах и знаете, что большую роль в богослужении играет хор. Что можете сказать о клиросе в Горненском? По-моему, пение тут замечательное.

– Сама я уже не пою на службах. Могу отметить, что часто нам не хватает певчих. Это связано с тем, что сестры, которые несут клиросное послушание, также ездят с паломниками в качестве гидов.

Послушание гида

Есть у нас в Горненском свои распевы, которые нигде больше не услышать. Хор сейчас состоит в основном из молодых насельниц. Но есть в монастыре одна очень трогательная традиция: наш старейший регент, монахиня Вера, которая здесь живет уже 38 лет, регентует бессменно каждую среду. По отзывам и батюшек, и паломников, она очень молитвенно поет. Конечно, возраст дает о себе знать. Но, несмотря ни на что, даже если в среду приезжает священноначалие, поет матушка Вера.

Главная миссия – паломники

– Есть какие-то особенности во времени совершения богослужений, связанные именно с тем, что монастырь находится на Святой Земле?

– В Горненском свое время, мы не переходим на летнее время, как весь Израиль. Это делается потому, что на летнее время не переходит храм Гроба Господня. Когда я сюда приехала, сестры просили меня оставить все как есть, не менять время. В этом есть свои неудобства, бесспорно, так как в программе у паломников указано израильское время.

Мы назначаем расписание богослужений так, чтобы сестры и паломники смогли участвовать в тех событиях, которые происходят в Иерусалиме. К примеру, литургию Великой Субботы мы служим ночью, чтобы сразу после ее окончания все могли поехать на сошествие Благодатного огня. Есть и другие примеры.

– Пополняется ли монастырь новыми сестрами?

– В 1991 году было около 50 сестер. Потом долгое время было 60, так как израильские власти не разрешали увеличивать число насельниц. Когда я была в Москве на торжествах по случаю интронизации Святейшего Патриарха Кирилла, попросила его прислать нам еще сестер. Теперь нас 85 человек. Но обители все равно нужны новые молодые силы. Для начала можно приехать к нам потрудиться (обычно на три месяца).

– Вы затронули тему послушаний в монастыре, а какое все-таки основное послушание русских монахинь на Святой Земле?

– Святейший Алексий II, когда назначал меня в Горненский, сказал: «Матушка, ваша миссия – принимать паломников». Поэтому все наши силы направлены на то, чтобы паломники не думали о том, где им спать и что есть. Все это мы им обеспечиваем, и у человека остается больше сил на поклонение святыням Святой Земли.

В тех корпусах, где когда-то были богадельни для пожилых монахинь, мы оборудовали гостиницы с 2-х и 3-х местными номерами, есть кухня, чтобы перекусить и выпить чаю, пообщаться. В трапезной наших паломников мы кормим завтраком и ужином, а на день даем паек, чтобы люди не тратили в обед время на дорогу туда-обратно и больше побыли у святых мест.

После воскресных и праздничных литургий угощение предлагается и всем нашим прихожанам, но для них мы накрываем столы под навесом рядом с трапезной.

– Послушание гида, наверное, тяжело для монахинь, ведь приходится постоянно быть на виду.

– Тут получается двояко. С одной стороны, эти сестры чаще других имеют возможность посещать святые места: Вифлеем, Фавор, а сейчас даже в Королевство Иордании ездят. Сестры молятся с паломниками, читают отрывки из Евангелия.

Вид из Горненского монастыря на Эйн-Карем

С другой стороны, нужно постоянно готовиться к рассказу для паломников, следить, чтобы все пришли в автобус, никого не забыть, плюс решать какие-то бытовые задачи. Все это рассеивает духовное внимание. Монахини устают. Но этот труд надо нести за святое послушание, это наша задача здесь. От сестры во многом зависит, какое впечатление останется у человека от поездки на Святую Землю, приедет ли он сюда вновь. Нужно быть чутким, внимательным, доброжелательным.

– В Израиле повсюду чувствуется напряжение, в Иерусалиме – особенно. Наверное, по-другому и не может быть на земле, где распяли Господа. Но как только попадаешь в Горний, и за тобой закрываются ворота монастыря, сразу чувствуешь покой, понимаешь, что ты дома. Спаси Вас Господь за то, что Вашими трудами русский паломник может ощущать себя как дома за тысячи километров от родины. В Горненскую обитель хочется возвращаться снова и снова.

– Спаси Вас Бог, приезжайте еще!

Иерусалимский крест в православии

Из Святой земли паломники часто привозят освященный на Гробе Господнем Иерусалимский крест. Это не только память о поездке, но и великая святыня, которую хочется носить постоянно, тем более что его выразительная и сложная форма, составленная из пяти равносторонних крестов, очень красива. Однако бытует мнение, что подобный крест является чужим для православных. Его называют «крестом крестоносцев» и видят в нем только герб военного католического ордена Святого Гроба Господня. Подобное представление об Иерусалимском кресте совершенно неверно, и появилось оно только в конце XX века как реакция на прозелитизм Католической Церкви на Святой земле. Помогают этому и популярные справочные сайты в Интернете. В них публикуются переводные западные статьи, в которых история и символика Иерусалимского креста освещается однобоко. Везде можно найти рассказ о первом крестовом походе (1099 г.), Готфриде Бульонском, завоевателе Иерусалима, на флаге которого был Иерусалимский крест, и о латинском государстве на Святой земле, сделавшем Иерусалимский крест своим гербовым знаком. О том же, что пятисоставная крестовая композиция появилась на Востоке задолго до крестовых походов, что она была одним из важнейших символов восточно-христианской цивилизации, в интернет-ресурсах умалчивается.

В действительности иконография Иерусалимского креста, как и все крестовые иконографии, родилась на Востоке. И произошло это в IV веке, когда императором Римской империи, простиравшейся на огромных территориях Малой Азии, Европы, Палестины и Северной Африки, стал Константин I.

После распятия, воскресения и вознесения Христа в 33 году последователи Его учения были преследуемы и гонимы на всей территории Римской империи целых три века. Христиан жестоко мучили и убивали, а при императоре Диоклетиане, который правил с 284 по 305 год, и вовсе началось их методичное истребление, целью которого было полное уничтожение. Дело Диоклетиана продолжили его наследники – два соправителя, которым император оставил огромную страну. И неизвестно, чем бы закончился этот чудовищный по своим масштабам геноцид, если бы в 306 году соправителем императора Максенция не стал Константин, прозванный потомками Великим и прославленный Церковью как равноапостольный. Как и все римские императоры, Константин был язычником. Но, в отличие от других правителей, он был веротерпим, поскольку его мать, равноапостольная Елена, была христианкой.

Между двумя правителями началась война. Решающее сражение произошло у Мульвийского моста в 312 году, в котором победил Константин. Накануне битвы Константин вместе со своим войском увидел знамение на солнце – скрещенные инициалы Иисуса Христа (хризма), рядом с которыми сияли равносторонний крест и надпись: «С ним побеждай». Во сне видение повторилось, только на сей раз император увидел один крест. Этот крест он приказал поместить на знамена своего войска и выиграл сражение. После прихода к власти Константин сделал христианство государственной религией, а перед смертью и сам принял крещение. Свою столицу Константин перенес с разоренного войной и разграбленного варварами Запада на процветающий и культурный Восток, построив здесь новую столицу, Константинополь (теперь это Стамбул).

Мать равноапостольного Константина, став императрицей, инициировала раскопки в Иерусалиме, в ходе которых был обретен Животворящий Крест Христов и другие реликвии Страстей Господних.

В течение многих веков в христианском мире равно почитались оба образа креста – Истинный Крест Христов, на котором был распят Спаситель, и крест, явленный равноапостольному императору Константину на небе перед Мульвийской битвой. Истинный, или Голгофский, крест имел вытянутую форму с двумя или тремя поперечными перекладинами. Его историческая форма несла в себе символику, связанную с искупительной жертвой и страданиями Господа. Константинов крест имел правильную равностороннюю форму и был символом охранения и победы. Достоянием христианского мира эти кресты стали примерно в одно и то же время, но первым – Константинов крест, с которым связано распространение христианства во всем мире.

Долгое время образы двух священных для христианства крестов использовали по-разному, в соответствии с их символическим значением. Голгофский крест участвовал в церковных богослужениях, а Константинов крест помещали на знамена, им украшали храмы и носили как тельник.

Поперечины креста святого Константина чаще всего изображали с расширяющимися концами или с небольшими перекладинами на концах. Кресты с такой иконографией сохранились во всем христианском мире, но наиболее ранние – в его восточной части. Именно в более развитом восточном регионе складывались все крестовые иконографии, которые впоследствии были заимствованы западноевропейской геральдикой. К Константинову кресту восходят, например, такие знаменитые кресты католических военных организаций, как мальтийский, тевтонский, иерусалимский и другие.

На рисунках священных книг, в украшении храмов и на полотнищах знамен между перекладинами Константинова креста часто помещали дополнительные знаки. Это были символы евангелистов, инициалы Христа, символические сокращения или просто кресты, лучи, звезды. Подобные символы дополняли смысл изображения, придавали ему новые аспекты восприятия, давали возможность глубже интерпретировать священную форму, видя в ней не только историческую реликвию, но и глубокий сакральный смысл. Например, дополненный четырьмя малыми крестами Константинов крест представляет собой проекцию крестово-купольного православного храма. Как православное пятиглавие, он был символическим образом Христа и четырех Евангелистов, а также духовного единства христиан всех четырех концов земли.

Первоначально все христианские страны были частью единой культуры, центр которой был в Малой Азии и Юго-Восточной Европе. Эта часть Римской империи впоследствии историками была названа Византией.

На флаге Византии был изображен равносторонний крест с четырьмя буквами «В» между ветвями. Крест и аббревиатура ВВВВ представляли собой священную криптограмму, прославляющую Христа. Крест символизировал Самого Господа, а буквы вокруг расшифровывались так: «Βασιλεὺς Βασιλέων, Βασιλεύων Βασιλευόντων» (с греческого: «Царь царей, царствующий над царями»). Символика флага сообщала всему миру, что Византия – христианское государство, истинным государем которого является Иисус Христос, а земной царь, в священном обряде помазания на царство, только принимает на себя Его образ. В древних Грузии, Армении и странах Анатолии флаги были похожи на византийский, только вместо букв между ветвями стояли малые кресты. Сохранились древнейшие карты, на которых указанные территории обозначены такими флагами.

Все эти страны были частью византийского мира, то есть их Церкви, будучи самостоятельными, признавали первенство Константинопольского патриарха. После разделения Церквей на Православную и Католическую в 1053 году восточными патриархами было решено, что Вселенский собор Православных Церквей должен состоять не менее чем из пяти патриархатов. Поэтому четыре малых креста вокруг центрального, большого, на флагах восточно-христианских государств стали символизировать также соборное единство Православной Церкви, объединенной вокруг Константинополя. Равносторонний крест, составленный из пяти крестов, стал образом священной иерархии православных народов, на вершине которой стоит Сам Господь Бог Иисус Христос.

Был подобный крест и на русских флагах. Когда он стал использоваться на Руси – неизвестно. Первые свидетельства относятся к XVI веку. Сохранилось описание флагов стрелецких полков – первого русского регулярного войска, созданного в середине XVI века. С двумя флагами, расцвеченными пятичастными крестами, стрельцы изображены на миниатюре Книги об избрании на царство Михаила Федоровича Романова в 1613 году. Уже в XVI веке в русских текстах пятисоставный крест называется Иерусалимским. Очевидно, что в символическом сознании русских он был одним из знаков христианского Иерусалима, но не воспринимался как палладиум крестоносцев. Для православных верующих равносторонняя композиция креста связывала его образ с Иерусалимскими святынями, завоеванными мусульманами, а также с царственным градом Константинополем, тоже павшим в 1453 году под ударами турок. Москва чувствовала себя преемником священства этих городов, хранительницей и оплотом православия. В этом не было самовозвышения: к XVI веку Московская Русь оставалась единственным независимым православным государством. Все остальные православные народы томились под мусульманским игом и с надеждой взирали на усиливающееся Московское царство. В XVI веке четыре восточных патриарха, сохранивших в турецкой оккупации свои кафедры, подписывают документ об установлении в Москве нового патриархата. До этого Русская Церковь была митрополией Константинопольского патриархата. В послании восточных патриархов подчеркивается, что установление нового патриархата делается не по человеческому произволению, а для восстановления канонического числа престолов Вселенского православия. Символом этого канонического числа был пятисоставный Иерусалимский крест.

Государственные символы России в древности описывали не часто, поэтому наши знания о них не полны. Но можно сказать с уверенностью: Иерусалимские кресты в русской геральдике не были редкостью. Сведения о них то и дело появляются в документах. Например, известно, что два иерусалимских флага были пожалованы Петром I во время поездки по северным губерниям Архангельскому архиепископу и что под флагами с Иерусалимскими крестами ходили суда Соловецкого монастыря. Но не только на флагах изображались Иерусалимские кресты. Если внимательно посмотреть на какой-нибудь древний иконостас, например Новгородской Софии, то с удивлением можно обнаружить, что большая часть крестов, изображенных в орнаментах и на одеждах святых, имеют такую же равностороннюю пятисоставную иерусалимскую иконографию.

Так что в заключение можно с уверенностью сказать, что только красный крест простой геометрической формы, который является геральдическим символом католического ордена рыцарей Гроба Господня, не может быть использован православными верующими. Иерусалимский крест любой другой формы – православный.

О.В. Губарева, кандидат культурологии, член СХ России, художественный руководитель компании «Акимов».