Кто такой иов

Жизнеописание

Основная статья: Книга ИоваИов узнаёт о своих несчастиях
Густав ДореЕлифаз, Вилдад и Софар беседуют с Иовом, Густав Доре

Сведения об Иове происходят из одноимённой книги Ветхого Завета, согласно которой Иов жил в земле Уц (возможно, в северной части Аравии). В славянской Библии существует дополнение (ср. Быт. 36:31—35) к книге Иова, которое посвящено его генеалогии от Исава:

«О нем толкуется в Сирской книге, что жил он в земле Авситидийской на пределах Идумеи и Аравии: прежде же было имя ему Иовав. Взяв жену Аравитянку, родил сына, которому имя Еннон. Происходил он от отца Зарефа, сынов Исавовых сын, матери же Воссоры, так что был он пятым от Авраама. И сии цари, царствовавшие в Едоме, какою страною и он обладал: первый Валак, сын Веора, и имя городу его Деннава; после же Валака Иовав, называемый Иовом; после сего Ассом, игемон из Феманитской страны; после него Адад, сын Варада, поразивший Мадиама на поле Моава,- и имя городу его Гефем.»
(Иов. 42:17)

Иов «был непорочен, справедлив и богобоязнен и удалялся от зла» (Иов. 1:1), а по своему богатству «был знаменитее всех сынов Востока» (Иов. 1:3). У него было семь сыновей и три дочери, составлявшие счастливое семейство.

Но Сатана перед лицом Бога стал утверждать, что Иов праведен и богобоязнен только благодаря своему земному счастью, с потерей которого исчезнет и всё его благочестие. В ответ Бог позволил Сатане испытать Иова всеми бедствиями земной жизни.

Сатана лишает Иова всего богатства, всех слуг и всех детей, а когда и это не поколебало Иова, то Сатана поразил его тело, с божьего позволения, страшною проказой. Болезнь лишила его права пребывания в городе: он должен был удалиться за его пределы и там, скобля струпья на своем теле черепком, сидел в пепле и навозе. Все отвернулись от него.

Видя его страдания, его жена говорила ему: «Ты все ещё тверд в непорочности твоей! Похули Бога и умри!». Но Иов сказал ей: «Ты говоришь как одна из безумных: неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать?» (Иов. 2:10). О несчастии Иова услышали друзья его Елифаз, Вилдад и Софар, которые были поражены его страданиями и семь дней они молча оплакивали его страдания. После того Иов проклял день своего рождения и стал вопрошать, зачем дана жизнь страдающим. Наконец друзья стали утешать его, уверяя, что Бог справедлив, и если он страдает теперь, то страдает за какие-нибудь согрешения свои, в которых должен покаяться. Это заявление исходило из общего ветхозаветного представления, что всякое страдание есть возмездие за какую-нибудь неправду. Утешавшие его друзья старались найти у Иова какие-либо прегрешения, которые оправдали бы его несчастную судьбу, как целесообразную и осмысленную. Иов возражает им, требует указать на его грехи и пороки (Иов. 13:23) и упрекает друзей, что они терзают его своими речами.

Далее в разговор вступает молодой Елиуй, разгневанный мнением друзей, что Иов наказан за прегрешения, а также оправданием Иова, что Господь ошибся в своих карах, наказав безвинного (Иов. 32-37).

В последних главах книги сам «Господь из бури» (Иов. 38-42) отвечает Иову, а также порицает за неправедность друзей Иова.

После этого Господь за терпение вдвое наградил Иова. Скоро он исцелился от своей болезни и разбогател вдвое больше, чем прежде. У него опять родилось семь сыновей и три дочери. Он прожил после сего в счастье 140 лет и умер в глубокой старости, став примером терпения.

  • Иконография
  • Иов
    миниатюра из Киевской Псалтири

  • Иов на гноище
    фреска Благовещенского собора, сер. XVI в.

  • Иов
    северорусская икона XVII в.

  • Иов и его жена
    Жорж де Латур, XVII в.

  • Иов с дочерьми
    Уильям Блейк
    (см. др. иллюстрации)

Ссылки

  • Комаров C. Г. К вопросу о библейских архетипах в драматургии Эдварда Бонда: основные стратегии развития архетипического образа Иова // Знание. Понимание. Умение : Электронный журнал. — 2008. — № 5 — Филология.
  • Суперанская А. В. Современный словарь личный имен: Сравнение. Происхождение. Написание. — М.: Айрис-пресс, 2005. — С. 333. — (Библиотека словарей). — ISBN 5-81212-1399-9.
  • Щедровицкий Д. Беседы о Книге Иова. Почему страдает праведник?.

Словари и энциклопедии

Нормативный контроль

GND: 118551353 · LCCN: n50040036 · NKC: ola2002139571 · LIBRIS: 330523 · VIAF: 46762859, 129616210 · WorldCat Identities (via VIAF): 46762859, 129616210

  • Иезекииль (Йехезкель)
  • Иеремия (Йирмеяху)
  • Исаия (Йешаяху)
  • Даниил (Даниэль)

  • Аввакум (Хаваккук)
  • Авдий (Овадья)
  • Аггей (Хаггай)
  • Амос (Амос)
  • Захария (Зхарья)
  • Иоиль (Йоэль)
  • Иона (Йона)
  • Малахия (Малахи)
  • Михей (Михa)
  • Наум (Нахум)
  • Осия (Хошеа)
  • Софония (Цфанья)

Пророки до Моисея и во времена Моисея
  • Енох (Ханох), Ной (Ноах), Евер (Эвер), Иов (Ийов)
  • Авраам (Авраам), Исаак (Ицхак), Иаков (Яаков)
  • Моисей (Моше), Аарон (Аарон), Мириам (Мирьям), Иисус Навин (Йехошуа бин Нун), Валаам (Бильам), Финеес (Пинхас)
Пророки в эпоху Судей
и объединённого царства
  • Девора (Двора), Анна (Ханна), Самуил (Шмуэль)
  • Давид (Давид), Соломон (Шломо)
  • Гад (Гад), Нафан (Натан), Ахия Силомлянин (Ахия ха-Шилони)
Письменные пророки Великие пророки Малые пророки
Другие пророки Израиля и Иудеи
  • Самей (Шмая)
  • Илия (Элияху)
  • Елисей (Элиша)
  • Олдама (Хульда)


Помню, три с половиной года назад я уже задавала себе вопрос: флегмона у меня али не флегмона? И вот оно, пришло, не ожидая зова. Не помог ни экспедиционный опыт, ни мужество мое, я считаю, изрядное, ни прочие дары добрых и не слишком добрых фей. Исполнилось пророчество, как у меня всегда бывает, внезапно и печально. Надо как-нибудь напророчествовать себе дядю-миллионера, что ли, вдруг и хорошее исполнится? Хотя надежды на благие пророчества мало. Не исполняются они, хоть кол пророку на голове теши.
Дальше идет своего рода исповедальная проза о том, о чем не пишут, ибо не принято. Неаппетитно. Неэстетично. Ну да бог с ними, с аппетитами публики, а я все-таки напишу как есть. Вернее, поставлю сюда письма, которые писала сама себе все пятнадцать дней пребывания в стенах отделения гнойной хирургии. По письму в два дня, по слову-два в час. Предлагаю их вниманию тех, у кого нервы покрепче.
Письмо первое. Приемный лимб
В этот раз я не сплоховала и «скорую» вызвала не мешкая, практически через три дня после появления отека и гиперемии. Но было уже поздно. Флегмона расцвела, точно майская роза. Причем в таком месте, какое показываешь лишь гинекологу да специалисту по эпиляции. Выслушала я диагноз, собралась, как солдат (точнее, собрала меня БМ, которую фельдшер упорно называла моей дочерью — а я и не возражала, ибо на лице моем на тот момент явно была написана долгая трудная жизнь), вышла на лестничную клетку, ковыляя из последних сил — и обнаружила, что лифт сломан. И понеслась…
Лимб — место, где грешные души приводятся к смирению. Сломанный лифт, из-за которого привычные девять этажей преодолеваешь, будто Суворов — Альпы, «скорая», дающая пятнадцать минут на сборы в больницу, и приемный покой, где наблюдается наплыв чертовски бодрых для утра понедельника «больных» — всё это может привести к смирению кого угодно, а не только человека с температурой тридцать девять и восемь и неясными перспективами на выживание.

Особенно если в твоем присутствии ломается всё, приборы и люди: «приемщики» гоняют тебя из кабинета в кабинет, ЭКГ не экэгирует, рентген не флюорографирует, и даже медсестра, везущая тебя, синюю от температуры, трясущуюся от озноба и практически висящую на сопровождающих лицах, на второй этаж, делает крюк и заезжает на шестой. Надо же подвезти симпатичного медсестре доктора на его этаж (на который он и так бы попал)? А это с показанием «срочно на операцию», потерпит и проволочки, и лыбу из кривоватых собачьих зубов, и тошнотворную собачью ласковость «сестрички».
Есть у людей сучьего племени поистине собачье чутье на мученика-мизантропа. Рядом с нами, нелюдимами, они становятся как-то особенно приторны, говорливы и общительны. Таков медперсонал, заводящий флирт на грани харассмента, пока ты пытаешься так облокотиться о стену, чтобы пережить клятые пять минут, превращающиеся в десять на каждом, каждом этапе никому не нужного общего осмотра. Таковы бабульки, сидящие в очереди в кабинет флюорографии, за каким-то хреном рассказывающие незнакомому полутрупу: «Только эта врач мне правду сказала, только она! Остальные все врали, а она, хоть и не имела права…» Полутруп, избранный в конфиденты, к бабкиному изумлению, выдавливает из себя шип почище змеиного: «Надеюсь, правду насчет даты вашей смерти, бабуля?» В «светлых человечках» при виде эдакой буки отчего-то вскипает стремление быть любезным и позитивно настроенным… с кем угодно, кроме жертвы.
И эта внезапно проявляющая себя позитивность садиста приводит жертву к поистине библейскому смирению.
Письмо второе. Жалобы Иова
Итак, отвезли меня, пытающуюся сидеть на одной половине седалища, в нашу горбольницу, в отделение гнойной хирургии. Довольно быстро после мытарств в приемном покое (через пару-тройку часов, во время которых я мечтала о бутылке, нет, об озере холодной воды, как если бы брела по пустыне — и не первый день брела) повезли на операцию. На столе лихо сделали два разреза длиной пять и пятнадцать см и… оставили приходить в себя. С разрезами. А что поделать? Инфильтрат должен выйти естественным образом. Ес-тест-вен-ным. То бишь через открытую рану, которая испытывает нагрузки не только при движении, но и при неподвижном положении тела. На что требуется неделя. Или полторы.
И преисподняя разверзла пасть свою, причем прямо на моем бренном теле. Было ощущение, будто сижу я на сковородке и, как говорил Гекльберри Финн, «попробуй, может, тебе и понравится». Никакие обезболивающие, уколы, таблетки не спасали от боли, от ее, говоря красиво, торжественной поступи, andante maestoso. Ни одно положение тела не дарило ни минуты покоя, перевязки (которые, по уму-то, требовалось проводить раза три в день, а не раз в сутки, однако у отделения нет ни столько врачей, ни столько перевязочного материала, а заставить БМ купить все необходимое я не могла: на меня ругались, но названия материалов упорно не выдавали) с раствором чего-то йодоподобного, сжигающего мясо не хуже открытого огня, чистка раны — все превращалось в испытание моего желания жить.

Как Иов, я была готова вопрошать, зачем дана жизнь страдающим. И место для вопрошания было подходящее — гноище как оно есть. Днем мелькали каталки, капельницы, иголки, таблетницы, окровавленные салфетки, простыни в бурых пятнах — водоворот людских страданий. А ночью в заоконной тьме мелькал и кружился водоворот моих собственных, крепко замешанных на гневе и вине, страданий.
«Когда ложусь, то говорю: «когда-то встану?», а вечер длится, и я ворочаюсь досыта до самого рассвета».
Письмо третье. Демоны больниц
Ночью становилось особенно тяжко. Прямо в окно пялились два огненных рыжих глаза-фонаря, а тьма за ними странным образом приобретала вид распростертых крыл цвета запекшейся крови. Спать я не могла, совсем. Оставалось только любоваться на «дракончика» за окном.
Сперва казалось, сон пропал из-за соседок по палате, издающих звуки. Мне вообще везет на шумных людей, доброжелательных людей, общительных людей… Короче, на эдакое неотключаемое человеческое радио. Как-то на соседней койке воцарилась безумная старуха, сутки кряду вопившая: «Ой больно мне, больно, ой боли адские, адские боли!» Потом вдруг: «Адские волки! Жить целую жизнь и не истребить всех волков — так не годится…» Связи в этом иссохшем мозгу были разрушены лет двадцать назад, но жизнь в оставленном разумом теле была что надо, неистребимая, давление и гемоглобин у куска вопящего мяса — на зависть молодым, а голос от многочасового воя не только не садился, но даже и крепчал. Живое радио безумия не заткнуть было ничем. И деться некуда — в соседней палате денно и нощно работало такое же.
Да и храп больных старух — это, я вам скажу, то еще средство от сна и покоя. Грохочущий у вас под окнами перфоратор и даже экскаватор смело может идти курить в неположенных местах. Причем именно тот, кто храпит, любит поспать — и ночью, и днем, и после завтрака, и после обеда. На фоне утробного рыка, рождаемого старушечьей глоткой, никакой тяжелый рок не слишком тяжел. Я спала, а точнее, медитировала в буром мраке, завязавшись узлом, которому позавидовал бы и опытный йог, в наушниках, ввинченных в слуховой канал поверх утрамбованных берушей. Помогало слабо.
А утром на смену «радио» и «экскаватору» приходило бельканто чистой боли. Начинались перевязки язв, чистка ран, из перевязочных и палат лежачих больных доносились не просто крики — порой оно напоминало распевку оперных див, вокализ муки: «Аааиииоооиииоооааа». Мысль «Ты следующая» вымывала из головы всякое подобие сочувствия. Мне чистить и промывать разрез пришлось под наркозом. Да я бы предпочла получать наркоз каждый раз, как мои раны забивали очередной салфеткой, смоченной в едком обеззараживающем йодо-чем-то-там. Потом я звонила Мыши и беззвучно плакала в трубку. Деньги утекали со счета, как мои слезы — в пустоту, без счета и проку.
«И отвечал сатана Господу и сказал: кожу за кожу, а за жизнь свою отдаст человек все, что есть у него; но простри руку Твою и коснись кости его и плоти его, — благословит ли он Тебя?»
Письмо четвертое. Безвинных страданий не бывает

Однако, невзирая на все свои мытарства, адские две недели я осознавала: я везунок. Мое тело практически без участия мозга привело меня сюда, дабы поведать поистине бесценную информацию. У меня обнаружили сахарный диабет.
Чему тут удивляться, папенька мой от него в пятьдесят три года помер, а мне-то уже пятьдесят два с половиной. Отец предпочитал не знать, что там течет в его венах, кровь у него, как выяснилось после скоропостижной смерти, была, словно мясная подлива по-китайски — сплошной сахар и холестерин. Сердце работало с перебоями и однажды отказало. Я на автопилоте пошла по семейному сценарию: незнание о себе самого важного и жизнь здорового человека, которому «не сказали». Вот сахар и взлетел. Привезли меня в больницу с показателем «двадцать». Сбили до восьми и четырнадцати, выписали, слава Асклепию, на таблетки, не на уколы инсулина. Будем жить и держать диету, а сколько это продлится… Поживем — увидим, выживем — учтем.
Диеты я всегда держала легко. Правда, в последние десять лет разлакомилась. Теперь буду радовать народ диабетической и диетической кухней, шопаделать. Хотя многие рецепты можно адаптировать и так, и эдак, нормальные люди могут печь то, что я могу предложить, из пшеничной муки, а я уж теперь перейду на гречневую, овсяную да амарантовую, проше пана.
Я не переживаю из-за грядущих ограничений в еде. Вопреки сложившемуся, быть может, впечатлению, будто еда мое главное увлечение, увлечение мое — стряпня. А еда… Что ж, я должна научиться готовить такое, чтобы и не диабетики ели без соли и без сахара с удовольствием, просили добавки и рецептик. «Я вам покажу корсиканцев!»
«Едят ли безвкусное без соли, и есть ли вкус в яичном белке? До чего не хотела коснуться душа моя, то составляет отвратительную пищу мою».
Следующие письма опубликую в другой раз. В них будет меньше новостей, главное я уже сказала, выдыхайте, друзья. Дальше будет лишь переосмысление всего, что довелось узнать по милости госпожи Флегмоны. Прежестокая дама, но информацию выдает поистине бесценную.

Оценка Иова в тяжбе между Богом и сатаной (1:1–12)

Иов действительно существовал

Есть мнение, будто Иов – вымышленный персонаж из народного предания.

Однако Святое Писание совершенно не разделяет подобного взгляда. Например, в главе 14 Книги пророка Иезекииля Иов упоминается наряду с другими мужами, которые являются историческими личностями, а именно с Ноем и Даниилом. Кроме того, в главе 5 Послания Иакова мы видим, что история Иова приводится в качестве примера преследуемым христианам того времени. И эта история, должно быть, действительно произошла, так как вымышленные рассказы со счастливым концом не помогли бы угнетенным людям.

Поэтому мы считаем, что все описанное в этой книге является правдой.

Где и когда жил Иов?

В определенном смысле этого человека скрывает завеса таинственности. Он жил в земле Уц. То есть не в Ханаане. Однако ни один географический атлас не ответит нам с точностью, где именно находилась эта территория. Одни указывают на Иорданию, другие на Едом. Вероятнее всего, Иов жил недалеко от города, в котором он занимал влиятельное положение (Иова 29:7).

Также нельзя точно сказать, когда именно жил Иов. Любые попытки определить это заканчиваются неудачей. Наиболее вероятно, что события, описанные в этой книге, происходили во времена пребывания израильтян в Египте. Кроме того, вполне возможно, что один из друзей Иова, Вилдад Савхеянин, был потомком Шуаха, сына Авраама и Хеттуры (Быт. 25:2). Более того, есть основания полагать, что предком Елифаза Феманитянина был Исав (Быт. 36:10). Итак, предположительно Иов жил во время, не очень отдаленное от периода патриархов. Однако абсолютной уверенности в этом нет.

Тем не менее подобная неопределенность никак не мешает понять суть данной книги. Мы без всяких сомнений верим, что «…Святое Писание вполне содержит волю Божью; и все то, во что человек должен верить, дабы спастись, достаточно изложено в оном» (Бельгийское исповедание, артикул 7).

Вот почему мы уверены: в этой книге содержится важная весть, вполне достаточная для того, чтобы пребывающего в растерянности человека нашего времени научить, во что он должен верить в трудные времена, дабы спастись.

Не только богатый, но и благочестивый

Этот человек был благочестивым и праведным, непорочным и справедливым, богобоязненным и удаляющимся от всякого зла. Какая потрясающая характеристика! Выглядит как рекомендация, с радостью выданная церковным советом брату, который собирается сменить место жительства!

Иов был очень богатым человеком. Он владел огромным поголовьем скота. Тем не менее он не полагался на богатство. Несомненно, Иов был благодарен Богу за все это, однако больше всего на свете он ценил общение с Ним. По этой причине Иов и назван благочестивым, непорочным. Это слово явственно указывает на то, что Иов был цельной натурой, обладал сильным характером, искренне любил Бога, Которого считал единственным Источником всех благ.

Иов был крупным предпринимателем, занимался торговлей шерстью и скотом. Он покупал и продавал. Говорят, что в торговле невозможно оставаться честным, однако Иов был праведным, справедливым. Люди доверяли ему.

Богачи запросто могут чувствовать себя независимыми, а следовательно поступать авторитарно. Однако Иов не был таким человеком. Ведь он почитал Господа и был богобоязненным.

Кроме того, Иов не участвовал в злых делах, так как удалялся от всякого рода зла.

Автор весьма похвально отзывается об Иове, подчеркивая важность его достоинств в первом стихе. Данное описание по замыслу автора становится, образно говоря, прологом книги. Почему же он сделал именно так?

Потому что об этом и пойдет речь в данной книге. И в особенности о том, какова цена такой высокой оценки Иова.

Эта характеристика была дана Иову в период великого процветания. Но – и здесь мы несколько забегаем вперед – что произойдет в трудные времена?

Иов был непорочным и справедливым, но также и сказочно богатым. Он был богобоязненным человеком. И Бог чудесным образом благословлял его. Но что случится с верой Иова, когда Бог положит конец его привилегированному положению?

В данном случае мы имеем дело с одним из самых животрепещущих, насущных вопросов современности. Конечно, нам легко полагаться на Бога, когда в нашей жизни все идет гладко. Однако сможем ли мы так же уповать на Отца нашего Небесного, когда Он поколеблет все основания нашей жизни? Что случится с нашей верой в Бога, если Он лишит нас земных радостей?

Насколько же крепким было хваленое благочестие Иова?

Прежде чем ответить на этот вопрос, нужно сказать еще несколько слов о нем самом.

Иов как отец

Отец несет ответственность, как руководитель семьи. Все об этом хорошо знают. Руководство семьей является частью служения отца как царя. Он ответственен за порядок в своей семье.

Еще более важным является служение отца как пророка. К сожалению, есть отцы, которые лишь изредка говорят со своими детьми о Господе, если вообще делают это. Они никогда не обсуждают с детьми прочитанное из Святого Писания.

Но осознает ли каждый отец то, что он также является и священником в своей семье? Это значит, он должен быть заинтересован в том, чтобы у его детей были личные отношения с Господом, – даже больше, чем в их оценках и успеваемости.

В этой связи об Иове мы слышим лестные отзывы. Семь сыновей Иова устраивали пиры – скорее всего, речь идет о праздниках, посвященных сбору урожая или стрижке овец. Молодые люди гостили друг у друга, вместе праздновали с радостью и веселием. Мы читаем о праздничных пиршествах, о яствах и питье. У них, по всей видимости, были хорошие отношения, так как все они поочередно принимали остальных членов семьи в собственном доме. Также в празднествах участвовали и три их сестры. Все указывает на непринужденную атмосферу семейного единения.

Однако после празднеств сыновья и дочери должны были прийти к отцу. Иов посылал за ними и освящал их, а на следующее утро рано вставал и возносил за каждого всесожжения. В возносящемся к небу дыме и пламени мы видим образ того, что впоследствии произойдет с нашим Господом Иисусом Христом. Живя в ветхозаветном периоде, Иов просил Бога, чтобы Он очистил его детей, что возможно благодаря будущей жертве Иисуса Христа.

Можем ли мы сказать, что во время этих празднеств имело место нечто непристойное? Упивались ли там вином?

Об этом ничего не говорится. Тем не менее Иов рассуждал так: «Может быть, сыновья мои согрешили, и похулили Бога в сердце своем».

Возможно, он иногда не доверял своим детям? Может быть, он в чем-то их подозревал? Однако любые критические вопросы неуместны, так как Святое Писание в данном случае одобряет его действия.

Пусть же такая осторожность Иова будет примером как для молодых, так и для пожилых. Иногда родителям очень тяжело принять весть о плохом поведении своих детей. Но разве сами они всегда поступают правильно? Мы должны уметь доверять своим детям, не правда ли?

Как же поступал Иов?

Он понимал, как трудно молодым, полным жизни людям праздновать и веселиться, не нарушив при этом Божьих заповедей. Но Иов не сетовал по поводу «нынешней молодежи» и позволял им устраивать праздники. Он не был придирчивым хлопотуном. Но и не впадал в другую крайность, когда родители совершенно не вмешиваются в жизнь своих детей. Поэтому после празднеств он вел сыновей и дочерей к жертвеннику. Он как бы подводил их к подножию Христова креста. Сжигаемая огнем жертва служила превосходным напоминанием о том, что веселое времяпрепровождение никогда не должно нарушать их отношений с Богом. Поэтому Иов молился о них и приносил жертвы, прежде чем он услышит жалобы. Вероятно, на них это производило глубокое впечатление. Таким способом Иов учил своих детей, чтобы они не забывали Господа – даже во времена празднеств.

Как Бог отзывался об Иове

Характеристика Иова основывалась не только на человеческих суждениях. Люди могут ошибаться и иметь слишком высокое мнение о благочестии того или иного человека. Но в данном случае Сам Бог четко и ясно сказал, что на земле нет более благочестивого человека, чем Иов.

Это произошло во время встречи на небесах. Кроме ангелов на небесном собрании присутствовал также и сатана. Он возвратился после своих странствований по земле.

В Откровении, 12:10, он назван «клеветником братий наших, клеветавшим на них пред Богом нашим день и ночь». Таким образом, нам не нужно ломать голову в догадках, дабы понять, что же он собирался делать на этом небесном собрании. Во время последнего своего путешествия по земле он наблюдал падение отдельных верующих. Собрано достаточно материала для огромного числа обвинений! Вера и христианская нравственность, по его мнению, ничто, пустой фарс.

Итак, обсуждается очень важный вопрос. Сам Господь поднимает его, спрашивая сатану: «Обратил ли ты внимание твое на раба Моего Иова?» (Иова 1:8). И прежде чем сатана смог что-то сказать, Он добавляет: «…ибо нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла» (Иова 1:8).

Удивительно слышать такой похвальный отзыв из уст Самого Бога! Иов не был совершенным человеком. Самые святые люди на земле находятся лишь в начале пути совершенного послушания Богу. Тем не менее Сам Бог дал высокую оценку благочестию Иова. Он сказал эти слова прямо в лицо сатане. Таким образом, благочестие Иова было бесспорным. Это факт. Однако мы должны помнить об одной вещи. Бог не превозносил Иова. Он указывал сатане не на деяния благочестивого человека. Ведь верная жизнь Иова в сущности представляла собой результат труда Самого Бога. Господь говорит о «рабе Моем Иове», который находился в самом начале пути послушания Богу. Но и это начало было следствием действия Святого Духа. Поэтому это никакой не фарс. Сатане было бы лучше не высказывать подобную мысль!

Иов был лицемером?

Все указывает на то, что сатана хорошо знал Иова. Во время своего последнего странствования по земле он обратил на Иова внимание, однако не смог найти в нем ничего подозрительного. Он должен был признать, что в жизни Иова не было ничего достойного его критики.

Тем не менее он яростно выступал против Божьей положительной характеристики Иова. Сатана утверждал, будто у Бога неправильное суждение о его праведности, говоря: «Разве даром богобоязнен Иов?» (Иова 1:9). Он хотел показать, что Иов – обыкновенный эгоист, и заявлял, что в своем благочестии Иов руководствовался лишь корыстными побуждениями и ничем иным. Этот человек, вне сомнений, был избалован Богом, даровавшим ему замечательную семью, огромное богатство и почет. Чего еще он мог желать? Однако если Бог нарушит счастливое благоденствие Иова, что тогда случится с его любовью к Богу?

Таким образом, сатана представил следующую схему: исчезнет богатство Иова – исчезнет и вера Иова; и то, что Бог считает благочестием, на самом деле является не чем иным, как следствием личных интересов Иова.

Это было весьма серьезное заявление, могущее возыметь ужасные последствия. Сатана таким образом мог нанести сокрушительный удар по характеристикам всех христиан, вынеся им убийственный вердикт. Не забывайте, что, по словам Самого Бога, на земле не было более благочестивого человека, чем Иов. Теперь представьте, что все это благочестие обусловлено обыкновенным эгоизмом и потому является ложным. В таком случае вся христианская жизнь укоренена в эгоизме, а обращение и покаяние представляют собой не что иное, как завуалированный эгоизм. Благочестие и праведность? Все это на самом деле лишь отражение личных интересов.

Эта клевета была попыткой покушения на церковь с ее проповедью, благовестием и миссионерской деятельностью. Если признать истинность такого положения вещей, подлинное благочестие являлось бы лишь выдумкой, фикцией. То, что мы читаем об Аврааме и Моисее, о Петре и Павле не имело бы смысла. Все христиане в таком случае лишь преследовали бы собственные интересы. Таков было бы их единственный стимул.

Наиболее крайнее проявление такого цинизма подразумевает то, что труд Христа был изначально обречен на провал: Он всегда привлекал бы людей, преследующих лишь собственные интересы.

Итак, мы затронули основной вопрос этой книги: могут ли христиане искренне любить Бога, пребывая даже в тяжких испытаниях?

Бог уверен в вере Иова

Господь совершенно серьезно отнесся к обвинениям сатаны. Он мог, например, сказать: «Отойди от меня, сатана, ты лжешь!» На этом и закончилась бы Книга Иова.

Но обвинение нужно было опровергнуть.

Поэтому сатана получил разрешение разрушить жизнь Иова. Бог, будучи полностью уверен в Иове, знал, что сатана потерпит поражение. Откуда же у Него была такая уверенность? Дело в том, что вера Иова была следствием действий не человека, но исключительно Самого Бога. Поэтому Иов мог выстоять против всех нападок сатаны.

Пока еще он живет тихо и спокойно. Однако сатана, подобно льву, уже приготовился наброситься на свою жертву. Над Иовом сгущаются тучи. Но Бог не допустит, чтобы начатое Им дело потерпело крах.

Какое ободрение для нас!

Как мы отреагируем, сможем ли не сдаваться, когда на нас обрушится горе? Горе… Потому что счастье, ради которого стоило жить, исчезло. Горе… Потому что наши сокровенные желания так и не исполнились или потому что угасла наша последняя надежда. Есть ли уверенность в том, что мы с верою сможем преодолеть все это и справиться с трудностями?

В притче о сеятеле Иисус говорит о людях, чья вера до такой степени поверхностна, что при первом же испытании она улетучивается. Но чего ожидать нам, когда мы, несмотря на свои прегрешения, полагаемся на Господа? Сможем ли мы любить Его, когда Он лишит нас благ?

Поэтому нам и надо узнать, как закончилась история Иова. Ведь он прошел испытание. И это дает нам надежду. Но почему? Разве можем мы сравниться с Иовом? Мы же не он! И это правда. Возможно, нам и не сравниться с ним в его терпении и стойкости. Тем не менее, как мы надеемся, нас с Иовом связывает то, что мы слеплены из одного теста. Поэтому наше упование зиждется на том факте, что Бог Иова является также и нашим Богом. Стойкость, которую Бог даровал Иову, Он также даст и нам.

Ведь эта история не представляет собой описание личных заслуг Иова. Это повествование отражает благую весть, которую Бог несет всем, кто на Него уповает: «Я помогу тебе выстоять, пройти через все это». Вот поэтому все то, о чем говорится в Книге Иова, имеет такое большое значение для нас.