Мистика в православии

Мистика в жизни — Михаила Булгакова…

Мистика в жизни — Михаила Булгакова

Окутаны ореолом тайны и мистики, судьба и творчество одного из наиболее противоречивых личностей, писателя XX века Михаила Афанасьевича Булгакова. Но о трех загадочных встречах Булгакова с его гениальным соотечественником, мистиком и великим писателем Н. В. Гоголем стало известно только после кончины Михаила Афанасьевича: трагической смерти, которую он сам себе предсказал задолго до 1940- рокового для него года.

На краю пропасти

В голодном и ужастном 1917 году, работая в одной земской больнице врачом , молодой Михаил Булгаков тяжело заболевает — заразившись от больного ребенка дифтерией. Поставив себе диагноз, Булгаков впрыскивает себе противодифтерийную сыворотку, которая моментально дает ужасный аллергический эффект: все тело молодого врача покрылось сыпью, лицо его распухло, начался нестерпимый зуд.

Промучившись всю ночь, Булгаков попросит жену сделать ему инъекцию морфия. Повторные инъекции в следующие два дня спасли Булгакова от острой аллергической реакции, но дало предсказуемый эффект: у молодого Булгакова появилось привыкание к наркотику.

Новоприобретенная пагубная привычка начала стремительно развиваться, неумолимо разрушая физическое и душевное здоровье Булгакова. До ужаса боясь того, что его пагубное пристрастие станет известным коллегам и окружающим, он впадает в тяжелейшую депрессию, при которой Булгакову казалось, что он сходит с ума. Приехав в Киев весной 1918 года после нескольких неудачных попыток вылечиться, молодой писатель уже пил опий прямо из пузырька.

Попытки первой жены Булгакова Татьяны Николаевны мешать пагубной привычке мужа вызывали его неудержимую ярость. Татьяна Николаевна вспоминала, что в порыве гнева Михаил Афанасьевич кидал в нее горящий примус, неоднократно целился из револьвера. Наконец, Татьяна Николаевна, желая обмануть больного, вместо морфия начала впрыскивать Булгакову дистиллированную воду. Это приводило к периодам тяжелейших ломок.

И вот при одном из подобных приступов, поздней осенью 1918 года, на съемной квартире в Киеве к корчившемуся от боли Булгакову явился … Гоголь! Как писал позже в одном из своих дневников Михаил Афанасьевич, той ночью к нему в комнату стремительным шагом вошел «низенький остроносый человечек с маленькими безумными глазами», склонился над его кроватью и зло погрозил ему пальцем.

На следующее утро Булгаков не мог понять, было ли это сном, который был навеян тяжелыми телесными страданиями, или же дух великого писателя на самом деле приходил к нему, дабы уберечь от надвигавшейся катастрофы. Как бы то ни было, но с той драматичной и памятной для Михаила Афанасьевича ночи он удивительным образом навсегда избавился от наркотической зависимости, которую позже весьма убедительно описал в своем рассказе «Морфий».

Вестник любви

Вторая встреча Булгакова была связана с загадочными обстоятельствами, предшествовавшими его знакомству со своей третьей — последней — женой, последней настоящей любовью, последней и самой яркой музой позднего периода творчества писателя.

Как-то на Масленицу в московскую квартиру своих знакомых, у которых обещал быть «знаменитый Булгаков», пришла Елена Сергеевна Шкловская — жена крупного советского военачальника, доктора наук, профессора Евгения Александровича Шкловского. Михаила Афанасьевича и Шкловская познакомились. Булгаков принялся шутливо ухаживать за 35-летней красивой дамой, польщенной вниманием известного писателя. И вдруг… уже не шутливо она ответила Булгакову взаимностью.

С этого вечера и начался их бурный, длившийся более двух лет роман, в котором было все: и страстная любовь, и ревность, и сцены, и разлуки. Однажды, получив разрешение у Елены Сергеевны проводить ее до дома (в это время Е.А. Шкловский был в командировке), Булгаков как вкопанный остановился у подъезда своей возлюбленной. Несмотря на упорные расспросы Елены Сергеевны о том, что привело Михаила Афанасьевича в столь сильное замешательство, в тот вечер Булгаков не раскрыл его причину. И лишь много позже, тяжело умирая на руках своей жены, он рассказал Елене Сергеевне о странной встрече, случившейся с ним за несколько лет до их знакомства.

Одним из холодных осенних вечеров 1927 года Булгаков шел по тусклым московским улицам. На душе у него было скверно: пристальное внимание к писателю ОГПУ, безденежье, трудности с публикациями произведений и проблемы в семье его и без того непростую жизнь делали просто невыносимой. Вдруг на одном из малолюдных перекрестков Михаила Афанасьевича случайно столкнулся с прохожим. Подняв глаза, он снова, как когда-то ночью в киевской квартире, увидел «низенького остроносого человечка с маленькими безумными глазами» — в шляпе и старомодном потертом пальто.

Человечек пристально с прищуром посмотрел на Булгакова, затем кивнул на незнакомый Михаилу Афанасьевичу большой каменный дом с вычурной лепниной, возвышавшийся справа от писателя, и, не сказав ни слова, стремительно исчез в темной гулкой подворотне. Сомнений не было — Булгаков снова встретился с самим Гоголем. Но о чем он хотел сказать писателю, Булгаков тогда так и не понял. И вот в тот памятный для Булгакова вечер, когда он провожал свою возлюбленную, Булгаков, к своему изумлению, узнал, что в этом загадочном доме, на который когда-то обратил его внимание Гоголь, живет Елена Сергеевна.

Гранитная шинель

О своей последней встрече с Гоголем Михаила Афанасьевича рассказал в письме своему давнему другу Павлу Попову весной 1932 года. Писатель тогда работал в Малом театре над инсценировкой знаменитых гоголевских «Мертвых душ». По словам самого Булгакова, постановка шла из рук вон плохо. Михаила Афанасьевича не устраивали ни режиссура, ни декорации, ни игра знаменитых актеров, которые, по его мнению, были далеки от истинного замысла автора. Описывая в письме Попову свои творческие терзания, Михаила Афанасьевича упоминает о том, что ему приснился сам Гоголь.

Великий писатель ворвался к нему в квартиру и грозно воскликнул: «Что это значит?!» Как следует из письма, Булгаков начал оправдываться перед великим мастером, объясняя неудачи в работе над постановкой слабым актерским составом, отсутствием хорошего декоратора и прочими трудностями. И вдруг в самом конце их ночной встречи, сам того не желая, Михаила Афанасьевича неожиданно произносит странную, на его взгляд, фразу: «Укрой меня своей гранитною шинелью!»

После этих слов Михаила Афанасьевича Гоголь откланивается и исчезает. В то время мнительный и видевший во всем тайные знаки Булгаков не смог дать объяснения этой приснившейся ему фразы. Истинный смысл ее неожиданно открылся Елене Сергеевне через 12 лет после смерти писателя. Длительное время на могиле Булгакова на Новодевичьем кладбище не было памятника.

Однажды Елена Сергеевна, придя на могилу мужа, заглянула в кладбищенскую мастерскую и вдруг увидела там видавшее виды гранитное надгробие. На вопрос женщины о камне мастер ответил, что это — снятая с могилы Гоголя старая голгофа (тип надгробного памятника в виде глыбы, увенчанной крестом), вместо которой к 100-летию со дня смерти писателя был установлен новый добротный памятник.

По просьбе вдовы Булгакова эту тяжелую гранитную «шинель» вытащили из мастерской и водрузили на могилу Михаила Афанасьевича, где она стоит и по сей день. Позже, вспоминает Елена Сергеевна, ей приснился покойный Михаил Афанасьевич. Булгаков низко поклонился ей и вышел из белой комнаты, закрыв за собой дверь.

Современные исследователи творчества Михаила Булгакова и Николая Гоголя все чаще отмечают, что оба эти человека во многом были схожи. Мистический склад характера, мнительность, доходящая до исступления, непоколебимая вера в силу провидения наложили неизгладимый отпечаток как на творчество, так и на личную жизнь писателей. Вполне может быть, что Булгаков, который хорошо знал творчество Гоголя, это чувствовал и понимал, что их связывает некая невидимая, но прочная нить, которая не разорвалась и после смерти автора «Мастера и Маргариты».

Исламский мистицизм

Появление первых мусульманских мистиков (суфий) связывают с VII веком, а возникновение суфизма как доктрины — XII в. Стоит отметить, что средневековый мистицизм имеет некоторые отличия от мистицизма современного.

Главным понятием суфизма является тарика — учение о религиозно-нравственном самоусовершенствовании в качестве способа мистического постижения Бога. Тарикат — это путь приближения к Всевышнему, лечение и избавление души человека от пороков и скверных качеств.

Мир исламского мистицизма основан на преодолении своих индивидуальных качеств, отречении от своего «я», полном посвящении себя Аллаху, акценте на любви к Богу.

Основной объект суфийского учения — человек в совокупности с его отношением к Богу и путями его познания.

Существуют суфии:

  • Умеренные.
  • Крайние.

Учения крайних суфиев существенно отличаются и противоречат догматам ортодоксального ислама. Чтобы постичь духовное совершенство, умеренному суфию требуется пройти следующие ступени:

  1. Признание мистиком-суфием законов и предписаний ислама — шариат.
  2. Вступление на следующий этап — тарикат, то есть, познание правильного жизненного пути.
  3. После вступления на правильный путь суфию предстоит познать истину — хакикат.

После познания истины суфию необходимо пройти такие стадии, как любовь и познание. Познав Божественную любовь, он может наблюдать красоту истины с помощью своего сердца – «глаза сердца».

Видео об исламском мистицизме

Практическая жизнь крайних суфиев устраняет мусульманскую молитву и паломничество в Мекку. Мистические радения (зикры) вытесняют исламские молитвы. Крайние суфии отделяют шариат от «хакикат». Конечной целью суфиев является Бог-истина, а не шариат, и суфии стремятся присоединиться и слиться с Богом. Утверждение суфийского учения о «вахдат аль вуджуд» (единстве бытия) основано на растворении материального мира, в том числе, и человека, в существе Бога, то есть, Бог и его творения не могут быть отделимы друг от друга. Поэтому иногда можно услышать от некоторых суфий-пантеистов такое изречение: «Я — истина, я — Бог». За подобное утверждение был казнён в Багдаде в 1922 году самый известный суфий Халладж. Правоверные видели такие слова кощунственными и считали, что суфии таким образом отрицают исламский монотеизм.

Суфизм существует и в современной жизни. Средневековый мистицизм и учения, которые несли его последователи (Халладж, Ходжа Насреддин, Газали) не были подавлены и вытеснены официальным исламом. Последователями суфизма были выдвинуты из своих рядов величайшие мыслители, философы, поэты, оставившие после себя бесценную литературу на арабском, персидском, турецком и других языках. Сегодня данная литература — важное культурное наследие мусульманского Востока.

Христианский мистицизм

Христианский мистицизм зародился с возникновением христианства. Христианские мистики могли приближаться к Богу различными способами, которые, как правило, были подкреплены сложными системами интеллектуальных обоснований, основанных на христианских учениях. Это также является их отличием от нехристианских мистиков, которые во главе ставили практику, а не теоретическое изыскание.

В христианстве не наблюдается отождествления понятий святости и своего идеала для достижения мистической экзальтации. Однако воплощение Слова Божия подразумевает реальную сопричастность и воссоединение человека с Богом. Корнями христианского мистицизма является Новый Завет. Об этом можно судить, в первую очередь, из текстов Апостола Павла и Иоанна. Христианский мистицизм в качестве своих истоков и критериев всегда имел Святое Писание. Иоанново богословие даёт начало основным течениям христианского мистицизма:

  • Мистицизм образа Божьего — стремление к «подобию».
  • Мистицизм любви.

Самим Христосом была подчеркнута мысль: «Я в Отце и Отец во мне». Таким образом, Господь указал, что путь к воссоединению в любви не является чувственным и псевдомистическим уходом, а есть согласием с Его жизнью. Из многих новозаветных фрагментов можно убедиться в том, что важность бытия в Иисусе имеет большое значение для христианина. Послания апостола Павла наполнены мистическим опытом, согласованным с высказыванием «не я живу, а Христос живёт во мне».

С течением времени христианским мистицизмом были приняты новые разнообразные формы. Наиболее значимыми среди них можно выделить:

  • Теорию исихазма (Восточная церковь).
  • Теорию чувственного эротического служения, сконцентрированного на фигуре Иисуса (Римско-католическая церковь).
  • Систематическую медитацию и созерцание, в которых на первом месте стоит глубокая молитва.
  • Богослужение, согласно которому средство восхождения и воссоединения с Богом души — литургия и мистика.

Ключевые составляющие христианской мистики — свобода, личность и любовь. Христианская мистика отличается от нехристианских именно личной составляющей, заключающейся в отрешенности, воплощенности и конкретности.

Самые известные христианские мистики — Псевдо-Дионисий Ареопагит, Св. Максим Исповедник, Св. Фома Аквинат, Якоб Бёме, Ангелус Силезиус, Майстер Экхарт, Иоганн Таулер, Валентин Вайгель.

Философский мистицизм

Мистицизм в философии — это учение философии и богослужения, особый способ понимать и воспринимать человеком окружающий мир. Такой способ основан на эмоции, интуиции и иррациональности. Практически все мировые религии и верования включают в себя мистические доктрины, обладающие общими характерными чертами:

  • Тяготение к интуитивности и символизму.
  • Психофизические упражнения или медитации, необходимые для того чтобы достичь определённого психического состояния.

В чем же заключается понятие «Философский мистицизм»? В современном мире наблюдается развитие таких форм мистицизма, как фрейдизм, неофрейдизм и неорелигиозный мистицизм. На первом плане находятся такие способы постижение мира, которые можно назвать нерациональными. К ним относятся:

  • Парапсихология.
  • Телепатия.
  • Экстрасенсорика.

Сегодня основное внимание направлено на духовно-психические способности и явления, на такие состояния психики, как психопатология, одержимость. Такие состояния и механизмы до конца не изучены, поэтому в этой области остаётся большое поле для того, чтобы строить различные предположения и умозаключения.

Наиболее влиятельными концепциями мистицизма 20 века можно назвать теософскую концепцию «мистического космизма» Е. П. Блаватской, антропософскую теорию Л. Штайнера, современное учение К. Кастанеды. Перечисленные имена отличаются большой популярностью в современной мировой культуре, они имеют множество последователей, а их книги распространяются по всему миру немалыми тиражами.

Видео о мистицизме

Основная особенность произведений современных писателей-мистиков заключается в их включенности:

  • В общие культурно-философские познания человечества.
  • В тесную связь с различными философскими учениями восточных, западных стран.
  • В обращенность к древней философии.

Мистические духовные традиции, конечно, же, родились не сегодня. Несмотря на оспаривание человечеством её правомерности, она является реально существующим типом восприятия. Не признавая этот факт, человечество рискует остаться ограниченным в полноте своих мироощущений, в возможности познавать мир.

Другая черта мистицизма данного периода — присутствие неорелигиозного характера. По мнению его последователей, их религия является более реалистичной, построенной на естественных научных основаниях, по сравнению с традиционной религией. К тому же, неорелигия не требует догматики и авторитетов, в которых так нуждаются другие религии мира.

Учение о мистицизме в его новых версиях зачастую стремится к природе, поднимает темы экологических проблем, призывая человечество вести здоровый способ земледелия, здоровый образ жизни, здоровые нравственные отношения.