Молитва за врагов

<—страница назад страница вперед—>

Сущность покаяния заключается в том, что­бы исправиться и творить добрые дела. Без добрых дел вера мертва. А добрые дела это не только милостыню подавать, но и молиться за врагов, т. е. за тех, кто обижает нас, кто нам в тягость. Такая молитва тоже вменяется нам в милостыню.

А почему? Да потому, что когда ближние дела­ют нам пакости, тогда они одежду души своей загрязняют грехами, а ради наших молитв Гос­подь вновь очищает их души, прощает им грехи. Вот, например, подумали они плохо о нас — это равносильно тому, как если бы они в своем подвенечном наряде вытрясли половики или вы­чистили печную трубу. Они обязательно покро­ются пылью, сажей. А пыль от грехов — это не простая пыль: от нее не так-то просто избавиться. Если они забудут покаяться, что думали о нас плохо, то эта греховная пыль так и останется на них или на нас, если мы плохо думали о других. На общей исповеди втайне кайся Богу в таких грехах (грех помыслов) и сокрушайся о них, а еще лучше: не дожидаться исповеди, а как только согрешил, так скорей целуй свой крестик, который носишь на груди, и перед ним исповедуй грехи свои.

Так вот злые помыслы и то оставляют следы на одежде души, а злые слова приравниваются к злым делам. Например, оклеветали тебя — это будто пузырек чернил клеветники вылили на тебя. Очернили твое имя, подорвали твой авторитет… трудно восстановить доброе имя и авторитет, но клеветникам еще труднее принести такое покая­ние, которое полностью очистило бы их душу от греха клеветы и осуждения, поэтому клеветники нуждаются в молитве, и за них надо усердно молиться, как за благодетелей нашего спасения. Для очищения им надо много-много слез про­лить, а главное — принести плоды покаяния, чтобы совсем сгладить грех клеветы. Надо перед всеми покаяться и сказать: «Это я оклеветал то­го-то или тех-то… Я соблазнил всех: из-за меня вы согрешили осуждением. Простите».

Нет ничего легче, как осудить и оклеветать человека, и нет ничего труднее, как сгладить по­следствия его греха. Клевета, как горящий уголь в костре или соломе. Бросил уголь, а через неко­торое время его уже не возьмешь. Пламя не до­пускает!

Есть хорошая народная поговорка: «Слово не воробей, вылетит — не поймаешь!» Как часто мы сожалеем о сказанном!.. О вреде празднословия, особенно осуждения и клеветы, я говорил уже, а теперь вскользь упо­минаю для того, чтобы тебе легче было понять, почему молитва за врагов считается самой боль­шой милостыней для них.

Вот представь себе: враги наши по зависти ли, по ревности ли, или просто по привычке, по на­ущению злой силы оскорбляют нас, притесняют, ущемляют во всем, делают нам большие убытки, даже иногда наносят побои… Кому же они больше вредят? Нам или себе? Конечно, себе! Это ясно, как Божий день! Они воистину враги только для себя, а для нас они благодетели. И вот почему.

Земная жизнь наша, как сон. Перед человеком десятилетия мелькают, как календарные листки. Спроси человека самого преклонного возраста, жизнь которого была наполнена сплошными скорбями и болезнями, устал ли он от жизни? Хочет ли он умереть? Если скорби и болезни его позади, то он даже удивится. «А как это можно устать от жизни? Жизнь так хороша! На каждом шагу ви­дишь Творца и Его творения. Ощущать присутст­вие Его внутри себя — это такое счастье!»

«Да как же! Разве ты забыл, сколько горя пере­нес в жизни?»

«Э, соколик! Все прошло, как сон. Многое забыто, а что всплывает на память — как будто это не жизнь, а из прочитанной книги».

Только те, кто в этот момент переживает тяг­чайшие скорби и болезни, только они, да и то не все, могут сказать: «Лучше умереть, чем так му­читься».

Сильные духом говорят иначе. Однажды, когда я служил на приходе, позвали меня причастить больную, сорок лет прикованную к одру болезни. Поисповедывал ее, причастил, а потом стал уте­шать… А она мне и говорит: «Дорогой батюшка, хотите верьте, хотите не верьте, но я говорю истину: я так рада и довольна своей жизнью! Мне тяжело бывает слышать, когда называют меня скорбящей, а то и несчастной. Простите меня».

Захотелось мне испытать болящую, и я спро­сил: «Но радость твоя увеличилась бы, если бы Господь даровал тебе исцеление?!»

«О, нет! Осталось мне жить не так уж много: по два века люди не живут. Но если бы Господь мне повелел и три века лежать на этом одре и терпеть мою болезнь, я бы с радостью и благодарностью это повеление с Божией помощью исполнила бы».

«Но почему же? Все люди хотят быть здоровы­ми. Ведь говорят же: в здоровом теле — здоро­вый дух. Святая церковь постоянно молится о здравии и спасении пасомых. Разве это плохо и неспасительно?»

«Батюшка, не испытывайте меня. Все это хоро­шо, спасительно, но Христос сказал: могий вме­стить, да вместит… Вот мой прямой ответ на ваши вопросы. А что касается «в здоровом теле — здоровый дух» — так это выражение мирских людей, привязанных ко всему земному. Они плот­но поели, хорошо выспались — у них голова не кружится, бодрое настроение. Только и всего! Правильное понятие «здоровый дух» — это постоянное памятование о Боге, благочестивая жизнь. А там, где применяют это выражение, очень мало думают о Боге или совсем не знают Его. Правильнее было бы сказать: «В немощном теле — здоровая душа» и «в немощах познается сила Божия». А в неблагочестивом здоровом теле живет, чаще всего, всякая нечисть: скверные помы­слы, срамные желания… Кровь, как раскаленная вавилонская пещь, развивает плотские страсти…»

«Согласен. Ну, а все же, почему ты избрала лучше триста лет болеть, чем исцелиться от болез­ни? Разве в нашей Православной Церкви нет при­меров? Труднее борьба, это да. Но Господь помо­гает всем, кто обращается к Нему за помощью. Так почему же ты так упорно хочешь болеть?»

«Я не упорствую, а только покоряюсь воле Божией. Я не просила у Бога болезни, а когда заболела, не прошу исцеления. Он лучше знает, что для меня полезнее: здоровье или болезнь. Если бы Господь исцелил меня, я благодарила бы Его так же, как благодарю сейчас за болезнь, но душа моя более располагается нести болезни и скорби, чем жить без них в полном благополучии. Чрез болезни и скорби душа быстро приобретает добродетели и благодать и становится такой богатой, что мож­но поделиться с другим, как преп. Василий Новый поделился со своей келейницей Феодорой. А у меня так много родственников духовно нуждающихся!»

Веришь ли, друг мой, я насладился беседой с этой рабой Божией. Одно дело читать поучения святых Отцов, а другое дело в самой жизни встретить живое воплощение их учения. Давно это было, беседа наша отчетливо сохранилась в моей памяти.

Я передал тебе наш разговор для того, чтобы ты легче уяснил себе, почему врагов называют благодетелями. Они помогают нам приобрести на небеси сокровища нетленные, когда мы скорби от них переносим с такой же радостью, как та болящая переносила свою болезнь.

Нас огорчили, а мы простили да еще помоли­лись о их спасении — это значит: через них мы приобрели доброе дело для вечной жизни, ум­ножили свои сокровища на небе.

Злые люди не знают об этом или забывают, иначе не стали бы вредить другим. Бесы тоже так делают: искушают человека и вредят ему до тех пор, пока надеются соблазнить и погубить душу, а когда увидят, что человек решился лучше уме­реть, чем согрешить, тогда они убегают от него, потому что чем дольше они будут искушать его, тем он большую награду получит от Бога.

Злой человек прежде всего губит свою душу, готовит ее для вечных мучений. Откровенно гово­ря, мало кто искренно, с любовью молится за, врагов своих… На что же рассчитывают те, кто приносит вред, хоть самый малый своим ближ­ним?

В том и заключается сущность покаяния, в том и плоды его: тягость, и немедленно принять меры к исправлению, а тех, кто нам в тягость, покрыть своею любовью, делать им добро.