С какого момента плод считается человеком

Правовой статус эмбриона Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

необходимости дальнейших научных разработок в целях совершенствования методических основ производства судебных финансово-кредитных экспертизы.

Список литературы

1. Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р. Криминалистика: Учебник для вузов. -3-е изд., перераб. И доп. — М.: Норма, 2007. — 944 с.

2. Методические рекомендации Управления судебно-экономических экспертиз Экспертно-криминалистического центра МВД России от 29.09.2008 №37/11-4962 по назначению и производству финансово-кредитных экспертиз в ЭКП ОВД России.

G. Akifyeva

SOME OF FORENSIC EXAMINATION OF FINANCIAL CREDIT FOR INVESTIGATION OF ILLEGAL FOR CREDIT

In the article the possibilities and features of the judicial procedures of financial and credit expertise.

Key words: credit, legal expertise, objectives, methodology, documentation, conclusion.

УДК 34

Н.А. Белобрагина, канд. юрид. наук, доцент каф. теории и истории государства и права, +7(910) 7046415, nbelobragina@yandex.ru,

(Россия, Тула, ТулГУ)

ПРАВОВОЙ СТАТУС ЭМБРИОНА

Рассмотрены различные подходы к правовому статусу эмбриона на основе анализа международно-правовых актов и судебной практики.

Ключевые слова: эмбрион, право на жизнь, субъект права, объект права.

Под эмбрионом (греч. етЬгуоп) принято понимать животный организм на ранней стадии развития . Однако необходимо уточнить, что согласно данным биологии и эмбриологии, человеческий зародыш проходит в своем внутриутробном развитии три стадии: проэмбрион (14 дней с момента зачатия) представляет «сгусток» клеток; собственно эмбрион (8 недель с момента зачатия); плод (от 8 недель до момента рождения) . Таким образом, мы имеем дело со сложным организмом, который в зависимости от стадии развития представляет собой либо часть человеческих тканей (ранний период эмбриогенеза), либо обособленное существо, способное жить без организма

матери (5 — 9-й месяцы развития). В праве под эмбрионом человека принято считать организм с момента оплодотворения до рождения.

Можно выделить два основных подхода к проблеме правового статуса эмбриона:

1. Эмбрион — субъект права, полноправный участник правоотношений, приравненный к человеку. При этом речь все же идет о необходимости охраны эмбриона как начала человеческой жизни, а не о признании его субъектом права.

2. Эмбрион — объект права:

а) вещь, по поводу которой могут возникнуть правоотношения имущественного характера;

б) часть организма матери, приравненная к органам и тканям человека.

Обратимся к нормативно-правовым актам, определяющим правовой

статус эмбриона.

Международно-правовые акты (ст. 6 Всеобщей декларации прав человека и ст. 16 Международного пакта о гражданских и политических правах) по этому вопросу не конкретны. В них закрепляется лишь принцип: «Каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности», а не положения о праве эмбриона на признание его правосубъектности. Региональные международные документы содержат практически идентичные формулировки (Конвенция о защите прав и основных свобод 1950г., Конвенция Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека 1995г.). Исключение составляет Американская конвенция о правах человека, в ст. 4 которой указывается: «Это право (право на жизнь — Н.Б.) защищается законом, как правило, с момента зачатия». В этом случае применительно к одному из прав человека, праву на жизнь, можно говорить об ином моменте его возникновения, отличающемся от общего порядка.

Конституции и основные законы зарубежных стран также по-разному подходят к вопросу признания эмбриона в качестве субъекта права. Так, Конституция Швейцарии в ст. 119 относит эмбрионы к зачаточным и генетическим средствам человека. Однако, есть и другие примеры, например, Конституция Словацкой Республики (ст.15) и Конституция Ирландии (ст.40) признают «право на жизнь нерожденного».

Судебная практика Европейского суда по правам человека (дело Paton v. United Kingdom) не признает за эмбрионом наличие юридических характеристик, свойственных физическим лицам .

Рассмотрим правовые акты другого содержания.

Декларация прав ребенка от 20 ноября 1959г. в преамбуле закрепляет: «Ребенок ввиду его физической и умственной незрелости нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, как до, так и после рождения». Аналогичную формулировку использует и Конвенция о правах ребенка 1989г. в своей преамбуле. Необходимо подчеркнуть, что данные международно-правовые акты направлены на установление обязательств по

защите эмбриона, что не тождественно признанию правосубъектности человека с момента зачатия.

Иной точки зрения — эмбрион как объект права — придерживаются многие ученые: Н.В. Аполинская, А.В. Майфат, М. Черниговский и другие. Например, А.В. Майфат относит эмбрионы человека к объектам правоотношений .

Интересным представляется случай в судебной практике США, когда человеческий эмбрион оказался предметом спора, связанного с расторжением брака и разделом имущества . В 1988г. в лаборатории было проведено искусственно оплодотворение, вне тела матери, и было получено девять эмбрионов. Два из них были имплантированы Мери Девис, но ожидаемой беременности не произошло. Остальные семь эмбрионов были заморожены с целью возможной дальнейшей имплантации в тело супруги. Однако в скором времени супруги расторгли брак и начали раздел имущества. Спорный вопрос состоял в том, имеет ли кто-нибудь из супругов исключительное право на замороженные эмбрионы либо должен быть создан режим совместного пользования. Суд вынес решение о передаче эмбрионов во временное владение Мери Дэвис в целях имплантации. Кроме того, суд установил, что человеческий эмбрион не является объектом права собственности. Эмбрионы не могут входить в общий объем имущества, принадлежащего супругам, и к ним неприменимы общие правила о разделе имущества .

Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что американская судебная практика не исключает возможности признания эмбрионов объектами права, но при этом отмечает их специфичный характер.

Необходимо отметить, что мнение о том, что эмбрион является объектом права, противоречит ст. 21 Конвенции о правах человека в биомедицине 1997 г., в которой говорится: «Тело человека и его части не должны быть источником финансовой выгоды». Как отмечает М.Н.Малеина, запрет дарить человеческие эмбрионы встречается и в законодательстве зарубежных стран

На наш взгляд, отождествление эмбриона с вещью является неправомерным, нельзя не брать во внимание достижения медицинской науки, свидетельствующие о зарождении человеческой жизни с момента зачатия, отношение же к эмбриону как к вещи может привести к обесцениванию человеческой сущности.

В науке имеется еще одна точка зрения: эмбрион — часть организма матери, орган человека. Ее поддерживает практика Европейского суда по правам человека . Так, по делу Beggemann and Scheuten v. Germany суд постановил: «Жизнь эмбриона неразрывно связана с жизнью беременной женщины и не может рассматриваться в отрыве от нее». В этом направлении движется и российское законодательство: неродившийся ребенок или

человеческий эмбрион с точки зрения закона человеком не является. Согласно ч. 2 ст. 17 российской Конституции права и свободы человека принадлежат ему от рождения . Следовательно, неродившийся человек не является субъектом права, никаких прав, в том числе гарантированного ст. 20 Конституции права

на жизнь, у него нет. Человеческий эмбрион, находящийся в теле матери, является частью этого тела. В Законе Российской Федерации «О трансплантации органов и (или) тканей человека» эмбрионы отнесены в качестве разновидностей органов человека, имеющих отношение к процессу воспроизводства человека. В ст. 2 указанного Закона сказано, что действие закона не распространяется на такие органы. Тем самым Закон выделяет эмбрионы из общего списка органов человека, имея в виду наличие в данном случае специфики их правового статуса. В ст. 105 Уголовного кодекса к числу отягчающих вину обстоятельств относится убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности . Согласно ст. 111 Уголовного кодекса прерывание беременности, как и, например, лишение потерпевшего какого-либо органа, является причинением тяжкого вреда его здоровью . Таким образом, вред, причиненный плоду, считается вредом, причиненным его будущей матери, и обстоятельство, что плод фактически приравнивается к части ее тела, означает, что будущая мать имеет почти полную власть над нерожденным ребенком, такую же, как власть над собственным телом.

Подводя итог, отметим, что российскому законодателю необходимо учитывать последние достижения генетики и медицины, а также нормы морали. Научные исследования о биологической сущности человеческого эмбриона доказывают, что с момента зачатия человеческий эмбрион обладает всеми характеристиками человеческого индивидуума, при этом на всем протяжении внутриутробного развития новый человеческий организм не может считаться частью тела матери, так как он генетически отличен от матери и телесно самостоятелен. Тем более нельзя рассматривать эмбрион в качестве вещи, по поводу которой могут возникнуть правоотношения имущественного характера.

Мы придерживаемся мнения о том, что ребенок нуждается в правовой защите еще до своего рождения. В связи с этим, представляется необходимым закрепление в Конституции Российской Федерации положения о том, что человеческая жизнь достойна охраны еще до рождения.

Список литературы

1. Оксфордская иллюстрированная энциклопедия. — М.: Прогресс, 1999. С.

2. Курило Л.Ф. Развитие эмбриона человека и некоторые моральноэтические проблемы методов вспомогательной репродукции // Проблемы репродукции.- 1998.- № 3.- С. 39 — 49.

3. Федосеева Н.Н., Фролова Е.А. Проблема определения правового статуса эмбриона в международном и российском праве // Медицинское право.

— 2008. — №1. — СПС «КонсультантПлюс».

4. Отдельные вопросы применения статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года в практике Европейского суда по правам

человека. — . — URL: http://www.sutyajnik.ru/rus/echr/ (по состоянию на 20.08.2011г.).

5. Майфат А.В. Собственность на тело человека — . — URL: http://www.urallaw.ru/articles/person_2/id_35.html (по

состоянию на 20.08.2011г.).

6. Devis v. Devis // Mason & McCall Smith Law and Medical Ethics. Butterworths. London, Edinburg, Dublin, 1999. P. 125.

7. Малеина М.Н. О праве на жизнь // Государство и право. — 1992. — № 12.

— С. 56.

8. Отдельные вопросы применения статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года в практике Европейского суда по правам человека. — . — URL: http://www.sutyajnik.ru/rus/echr (по состоянию на 25.09.2011г.).

9. Комментарий к Конституции Российской Федерации / Под ред. Г.Д. Садовниковой. — М.: Юрайт-Издат, 2006. С. 10.

10. Комментарий к Уголовному кодексу РФ. Особенная часть / Под общ. ред. Ю.И. Скуратова. — М.: Юрайт-Издат, 1996. С. 16, 36.

N.A. Belobragina

THE LEGAL STATUS OF THE EMBRYO

Key words: the embryo, the right to life, the subject of law, the object of rights.

УДК 347.158

Н.С. Бессараб, канд. юрид. наук, доцент кафедры гражданского и земельного права, 8-910-582-91-90, benata2704@bk.ru,

(Россия, Тула, ТулГУ)

НАСЛЕДСТВЕННОЕ ПРАВОПРЕЕМСТВО: АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

Статья является результатом научно-практического исследования вопросов наследственного правопреемства, довольно часто используемых населением. Проведенная автором работа помогла выявить не только проблемы, возникающие в процессе практического использования норм наследственного права, опосредующих процесс перехода наследственного имущества к наследникам, но и предложить некоторые способы их решения.

Ключевые слова: наследование, правопреемство, наследственное имущество,

наследство.

Наследование, являясь древнейшим институтом права, занимает важнейшее место в системе законодательного регулирования и в настоящее время, поскольку опосредует переход права собственности на имущество

Проблема морального статуса эмбриона и плода

Человеческое существо, развиваясь, проходит ряд стадий от оплодотворенной клетки до личности. В какой момент на этих стадиях начинается жизнь? Можно ли поставить знак равенства между понятиями человек, эмбрион, плод, зародыш? В какой момент человеческое существо становится моральным субъектом? Конкретные ответы, которые давались культурой и наукой, менялись от эпохи к эпохе.

Естественнонаучная или физиологическая позиция относительно «начала» человеческой жизни отличается принципиальным отсутствием единого решения, даже в пространстве и времени современной культуры. Различные физиологические подходы могут быть объединены лишь по формальному признаку. Ответ на вопрос: «Когда начинается человеческая жизнь?» всегда предполагает сведение «начала» жизни к «началу» функционирования той или иной физиологической системы — сердцебиения, легочной или мозговой деятельности. Например, в начале XX века биология связывала «жизнь» с 4-месячным плодом, так как «эмбрион до шести недель — простейшая ткань, до двух с половиной месяцев — млекопитающее существо низшего порядка, а именно с четырех месяцев фиксируется появление мозговой ткани плода, что говорит о возникновении рефлексивно-воспринимающего существа». Сегодня доказана полная несостоятельность этой теории.

В последнее время физиологические рубежи пытаются отыскать на клеточном уровне. Современная микрогенетика располагает двумя подходами. Согласно первому, собственно индивидуум — неповторимая и неделимая целостность — образуется в течение двух недель после зачатия в результате полной утраты у родительских клеток способности самостоятельного существования. Другая позиция, распространенная среди микрогенетиков, связывает начало человеческой жизни с моментом оплодотворения яйцеклетки, т.е. с моментом возникновения полного и индивидуального набора генов будущего биологического организма. Т.е. зигота содержит информацию о биологическом развитие нового человека уникальную и неповторимую, если не препятствовать этому процессу, через 40 недель этот человек будет способен существовать вне тела матери. С точки зрения современной биологии (генетики и эмбриологии) жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента слияния ядер мужской и женских половых клеток и образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал. На всем протяжении внутриутробного развития зародыш не может считаться частью тела матери. Его нельзя уподобить органу или части органа материнского организма. Поэтому очевидно, что аборт на любом сроке, беременности является намеренным прекращением жизни человека как биологического индивидуума.

Этическое знание предлагает свои ответы на вопросы о том, когда и при каких условиях человеческое существо становится моральным субъектом, т.е. носителем собственно моральных прав, и, прежде всего, права не быть умерщвленным. К сожалению, говорить о единодушии этических подходов также не приходится. Согласно одному из них, вопрос о начале жизни человеческого существа может быть решен при условии определения критерия морального статуса человеческого плода. Рациональность, способность к рефлексии, к поступку, к заключению договора и другие подобные критерии морального субъекта, личности отпадают, так как речь все же идет о плоде в утробе матери. Из многочисленных исследований этой проблемы можно выделить еще четыре свойства, которые, по общему мнению, в состоянии выполнить функции критерия. Это — внутренняя ценность, жизненность, рациональность, реакция на раздражители.

В результате критического анализа каждого из них Л.С. Коновалова приходит к выводу, что, в ходе применения их к ситуации морального выбора при аборте, приемлемым оказывается «единственный критерий — критерий реакции на раздражители, понимаемый в узком смысле как способность ощущать удовольствие и боль, приятное и неприятное». Этот критерий избирается как основание «возможности установить существенное с моральной точки зрения различие между ранним и поздним прерыванием беременности. Ранее считалось, что это второй триместр беременности. (3-6 месяцев)». Совпадение такого подхода с житейскими представлениями, с юридической практикой делает раннее прерывание беременности морально допустимым. Тем не менее, такой подход вряд ли может быть оценен как, в достаточной мере, безупречный. Тем более, что новейшие исследования показывают, что боль плод начинает чувствовать уже с 8-й недели. К этому возрасту ребенка уже присутствуют нейроанатомические структуры: чувствительный нерв, который чувствует боль и передает сигнал на таламус, часть основания мозга, и двигательный нерв, который посылает сигнал в затронутую область — приказание отодвинуться. О чувствительности плодом боли свидетельствуют электрические импульсы, посылаемые болевыми рецепторами в спинной и головной мозг, которые могут быть измерены.

Мы должны осознавать, что моральный статус человеческого существа не определяется набором физиологических реакций и свойств. Такое «определение» сродни уже известному: процедуре сведения морального и этического к биологическому с благой, но не вполне корректной целью «биологизаторского» объяснения моральных ценностей и норм, что ставит человека на уровень высокоразвитого животного.

Если мы ведем речь о моральном статусе плода, пытаясь ответить на вопрос о моральности аборта, то лучше всего было бы делать это в рамках самого морального сознания, а не физиологических процедур. Тогда плод приобретает моральный статус, соучаствуя в моральных взаимоотношениях. Критерием статуса плода является его включенность в моральное отношение, которое возникает, когда плод, эмбрион, зародыш, становится объектом моральной рефлексии, рассуждений, не только для матери, но и для всей человеческой культуры. Постановка проблемы о моральном статусе эмбриона уже неизбежно делает его субъектом фундаментальных моральных прав. При этом обнаруживаются моральные качества человеческого рода в целом, такие, как солидарность, долг, взаимоответственность, свобода, любовь, милосердие.

Вряд ли целесообразно и возможно отрицать эти ценности. Они являются традиционным содержанием морально-этического «должного», несмотря на реальность различных житейских обстоятельств, разных практических интересов и все ситуативное многообразие «сущего», поэтому моральное решение проблемы начала человеческой жизни вполне разумно и направлено на защиту жизни.

Принятие и допущение аборта как юридически узаконенной практики без определенных морально-этических ограничений и разъяснений — это симптом морального кризиса культуры. Свидетельство того, что современная культура является культурой смерти, самоуничтожения человечества.

Врач, как принципиальный соучастник жизни человека с момента его рождения до смерти, сегодня имеет возможность свободно обсуждать фундаментальные проблемы человеческой жизни. Определить отношение к ним ему поможет и моральная традиция отечественного врачевания и принципы Всемирной Медицинской Ассоциации, которая в 1993 г. приняла специальную «Декларацию о медицинских абортах». В 6-м пункте этой Декларации говорится, что «если личные убеждения не позволяют врачу рекомендовать или сделать медицинский аборт (даже в тех странах, где аборты разрешены законом), он должен перепоручить пациентку компетентному коллеге».

Из проблемы искусственного аборта во многом вытекают и проблемы современных репродуктивных технологий. Поскольку бесплодие во многих случаях является результатом последствий ранее произведенного аборта. Статистика свидетельствует, что в мире 10-15% супружеских пар бесплодны, а в некоторых странах этот показатель еще выше. Основным предназначением современных репродуктивных технологий считается помощь семье обрести логическую завершенность и смысл, выраженный в продолжение рода. А на уровне государства — одна из попыток поправить демографическую ситуацию.

Морально-этические проблемы определения статуса эмбриона

Достижения современной медицины, особенно репродуктивных технологий, заставляют все серьезнее задумываться — с какого момента начинается жизнь человека, на каком этапе внутриутробного развития эмбрион становится личностью со всеми правами и под защитой закона? Об этом рассуждает автор статьи, опираясь на научные данные, а также предлагает библейский и святоотеческий взгляд на проблему.
Статус эмбриона — это понятие, возникшее в связи с достижениями современных репродуктивных технологий и поставившее вопрос о морально-этических критериях и барьерах, связанных с манипуляциями, осуществляемыми над человеческими эмбрионами. Современные репродуктивные технологии неизбежно предполагают и проводят определенные манипуляции с половыми клетками и эмбрионами человека. Но четкие регламентации по поводу допустимых пределов таких манипуляций до сих пор отсутствуют. Более того, существуют два прямо противоположных подхода к решению проблемы. Один основан на моральных принципах и требует запрета любых манипуляций с эмбрионами человека на любых стадиях их развития, поскольку жизнь человека, по мнению сторонников этой точки зрения, начинается с момента зачатия. Приверженцы противоположной позиции по вопросу статуса эмбриона, среди которых большинство врачей-исследователей, допускают и даже приветствуют не только использование эмбрионов человека в программе экстракорпорального оплодотворения (ЭКО), но и вообще широкое внедрение искусственного оплодотворения в качестве альтернативного способа размножения людей. Таким образом, снова возникает давний вопрос, как рассматривать статус эмбриона, а именно с какого момента отсчитывать начало жизни человека, на каком этапе внутриутробного развития рассматривать эмбрион как личность с определенными правами, находящуюся под защитой закона.
Вопрос статуса эмбриона породил горячие дискуссии о юридических и этических границах допустимого в экспериментах над ним. В жидком азоте хранятся миллионы «лишних» эмбрионов, которые были заготовлены для имплантации в матку на случай неудачи предыдущих попыток. Что делать с ними по истечении «срока хранения»? Можно ли использовать человеческие эмбрионы в научно-исследовательских, терапевтических или промышленных целях? Позволительно ли прибегать к предимплантационной диагностике ради выявления возможных генетических дефектов или для определения пола будущего ребенка в том случае, если супруги желали бы, например, рождения мальчика, а не девочки? Можно ли пойти на определенные генетические манипуляции с целью появления на свет ребенка с желательными для родителей качествами (теоретически такой подбор свойств может оказаться осуществимым)? Относятся ли так называемые «репродуктивные права», то есть право иметь детей, и притом ровно столько, сколько хочется, к числу неотъемлемых прав человека? Является ли эмбрион личностью и в праве ли мы за него решать его судьбу?
Технология ЭКО включает оплодотворение «большого количества» яйцеклеток и последующее уничтожение большого числа эмбрионов при каждой произведенной процедуре. При каждой процедуре, как правило, используется 7-8 яйцеклеток и уничтожается 6-7 полученных эмбрионов.
Когда в 2010 г. Нобелевская премия в области физиологии и медицины была присуждена Роберту Эдвардсу за разработку технологии экстракорпорального оплодотворения (ЭКО), Римская Католическая Церковь немедленно выступила с публичным осуждением этого решения Нобелевского комитета. Такая позиция Ватикана обусловлена тем, что для богословия Католической Церкви ключевым вопросом этики современных вспомогательных репродуктивных технологий является вопрос о статусе эмбриона человека. Официальные документы Ватикана, исходящие из Папского Совета по вопросам семьи (Pontifical Council for the Family) или Папского Совета по вопросам жизни (Pontifical Council for Life), категорически утверждают, что с момента своего зачатия при оплодотворении яйцеклетки — естественного, искусственного или при клонировании, — человеческий эмбрион, даже если он состоит из одной оплодотворенной яйцеклетки, зиготы, обладает тем же самым человеческим достоинством, что и любая другая человеческая личность. В силу того факта, что современные вспомогательные репродуктивные технологии сопряжены с производством избыточного количества человеческих эмбрионов, подавляющее большинство из которых затем по тем или иным причинам подвергается разрушению, Римская Католическая Церковь считает этически неприемлемыми разнообразные методы оплодотворения in vitro, клонирование и тому подобные репродуктивные технологии, связанные с производством и гибелью человеческих эмбрионов.
Такая точка зрения отображена и в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви: «Нравственно недопустимыми с православной точки зрения являются также все разновидности экстракорпорального (внетелесного) оплодотворения, предполагающие заготовление, консервацию и намеренное разрушение «избыточных» эмбрионов. Именно на признании человеческого достоинства даже за эмбрионом основана моральная оценка аборта, осуждаемого Церковью».
Священный Синод Элладской Православной Церкви на тех же основаниях в специальном заявлении «Клонирование клеток эмбриона» категорически осуждает проведение экспериментов, предусматривающих разрушение эмбрионов. «Точка зрения, согласно которой человеческая личность начинает формироваться на 14-й день после зачатия, не может оправдать британских ученых. Это субъективное и произвольное решение схоластического рода, не основанное на научных данных. Церковь и христианская совесть с самого момента зачатия признают человека личностью, наделенной вечной и бессмертной участью. <…> Улучшение жизни других людей не может основываться на разрушении миллионов человеческих существ на эмбриональной стадии развития».
«В Хельсинской декларации Всемирной медицинской ассоциации говорится: «Интересы и благо отдельного человека должны превалировать над интересами общества и науки». Но как применить это к исследованиям на эмбрионах человека, когда статус эмбриона не определен?» — справедливо замечает академик Л.Ф. Курило. «Большая часть среди участвующих в обсуждении этой проблемы специалистов, — резюмирует он, — учитывая невозможность в настоящее время решить вопрос о статусе эмбриона человека и невозможность остановить использование вспомогательных репродуктивных технологий <…> придерживаются умеренной позиции. Согласно последней, в основе начала жизни лежит природа последовательных биологических процессов, и защита эмбриона человека соотносительна степени его развития».
На протяжении последних десятилетий все эти проблемы обсуждаются медиками и юристами, философами и богословами в разных странах мира, а также в различных международных организациях. Однако единодушия достигнуть не удается. И даже законодательства европейских государств, например Франции, Италии и Швейцарии, содержат противоречивые ответы на приведенные выше вопросы. В других странах, включая Украину, законодательное регулирование деятельности в области репродуктивных технологий и исследований практически отсутствует.
Библейский и святоотеческий взгляд на статус эмбриона
Зачатие и рождение ребенка, с точки зрения христианской веры, представляется даром Божиим. «…приобрела я человека от Господа», — говорит Ева по рождении сына (Быт. 4:1). О бесплодной Анне, впоследствии матери пророка Самуила, сказано, что «Господь заключил чрево ее» (1 Цар. 1:5). Когда же она, после долгих молитв, рождает ребенка, то говорит: «От Господа Бога Саваофа я испросила его» (1 Цар. 1:20). Автор псалма описывает развитие эмбриона и плода как творческий акт Бога: «Ты устроил внутренности мои и соткал меня во чреве матери моей… Не сокрыты были от Тебя кости мои, когда я созидаем был в тайне, образуем был во глубине утробы. Зародыш мой видели очи Твои…» (Пс. 138: 13, 15-16). О том же свидетельствует Иов в своих словах, обращенных к Богу: «Твои руки трудились надо мною и образовали всего меня кругом… Ты вывел меня из чрева» (Иов 10: 8, 18). «Я образовал тебя во чреве <…> и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя…», — говорит Господь пророку Иеремии (Иер. 1:5). Исходя из такого представления, Православная Церковь настаивает на неприкосновенности жизни человеческого плода или эмбриона на любой стадии развития. «Тот, кто будет человеком, уже человек», — писал Тертуллиан. Во 2-м и 8-м правилах святителя Василия Великого сказано: «Умышленно погубившая зачатый во утробе плод подлежит осуждению смертоубийства… Дающие врачевстводля извержения зачатого в утробе суть убийцы, равно и приемлющие детоубийственные отравы». При этом святитель Василий уточняет, что тяжесть вины не зависит от срока беременности: «У нас нет различения плода образовавшегося и еще необразованного».
Момент одушевления
Вместе с тем некоторые отцы (преп. Макарий Великий или автор приписываемых ему творений, блаж. Иероним и Феодорит Кирский, Иоанн Болгарский и свт. Кирилл Туровский) считали, что одушевление зародыша происходит не тотчас же по зачатии, но лишь спустя некоторое время — подобно тому, как при сотворении первого человека Бог прежде создал тело Адама, а затем уже «вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою» (Быт. 2:7). Такая же позиция отражена в «Православном исповедании» (1643): «Душа дается от Бога в то время, когда тело образуется и соделается способным к восприятию оной». Из этих предпосылок вытекает дифференцированное отношение православных богословов к различным методам доступной в наши дни аномальной техники деторождения.
Откуда пошло это мнение? Из догматического богословия мы знаем три теории творения человеческих душ:
1. мнение о предсуществовании человеческих душ (Ориген);
2. мнение о творении человеческих душ Богом (блж. Иероним Стридонский, свт. Иоанн Златоуст, свт. Кирилл Александрийский);
3. мнение о рождении человеческих душ (Тертулиан).
Тертуллиан для объяснения передачи первородного греха исходил из предположения, что не только тело, но и душа передается ребенку от родителей. Для опровержения этого богословского тезиса другие отцы, а затем и св. Фома Аквинат, предложили теорию последующего внедрения души. Эта теория утверждает, что душа, будучи предназначенной к субстанциональному единству с телом, онтологически имеет иное происхождение и создается непосредственно Богом. Кроме того, эта гипотеза предполагает, что для внедрения души необходима определенная организация тела, некая «форма», которая, будучи душой, формирует тело. Св. Фома считает, что растительная и животная душа существует уже с момента оплодотворения. Таким образом, хронологическая проблема приобретает онтологическое значение.
Момент внедрения души отнесен к периоду между 30-м и 40-м днем после оплодотворения, по аналогии с библейскими предписаниями, связанными с очищением женщины после родов. Следует немедленно добавить, что не все отцы церкви придерживались такого мнения, в особенности это относится к греческим отцам, прежде всего к свт. Григорию Богослову, который утверждал, что душа возникает в первый же момент после зачатия, в чем ему следовали другие отцы, в частности прп. Максим Исповедник. Но при этом моральные и канонические нормы (налагавшие суровые наказания) оставались неизменными, настаивая на недопустимости аборта во всех случаях.
Позиции о статусе эмбриона человека соотносительно степени его развития
В рамках данного направления можно выделить несколько позиций.
Одним из ключевых в определении эмбриона человека как личности является вопрос о том, когда плод человека приобретает способность чувствовать. Первые движения плода зафиксированы на 6-й неделе развития, в это же время плод реагирует на прикосновения, в спинном мозге вы­являются синапсы. В нервных волокнах спинного мозга у плода 10-й недели развития определены первые нейромедиаторы и зарегистрирована активность ствола головного мозга.
Начало жизни человека связывают с моментом формирования дыхательной системы. Последняя складывается уже в конце 4-й недели с момента оплодотворения. Однако самостоятельное дыхание, а следовательно, автономное существование плода вне тела матери, становится возможным только к 20-й неделе.
Таким началом также считают формирование сердечно-сосудистой системы (20-40-й день после оплодотворения). Первоначально сердце эмбриона представлено пульсирующим сосудом — дорсальной аортой. Однако последняя не является точной копией сердца взрослого человека. Только по истечении 20-дневного срока данный орган приобретает черты настоящего 4-камерного сердца млекопитающих. Здесь возникает ряд вопросов. Если мы связываем момент формирования сердца с первым сердцебиением, следует ли считать пульсацию дорсального сосуда за таковое? Как определить момент начала пульсации для конкретного эмбриона?
Следующая позиция связывает становление человека с началом функционирования ствола мозга. На нее нельзя не обратить внима­ние прежде всего в силу принципа симметрии. В современной медицине утвердился критерий смерти человека — «смерть мозга». Естест­венно допустить, что если конец человеческой жизни мы связываем со смертью мозга, то и начало человеческой жизни должно быть связано с началом функционирования ствола мозга.
Ряд специалистов, прежде всего эмбриологи и гистологи, связывают начало человеческой жизни с моментом формирования первичной полоски — морфологического предшественника нервной трубки. До 14-го дня после оплодотворения эмбриологи рассматривают эмбрион человека как преэмбрион, считая, что до этого срока он сформирован клеточными слоями, представляющими собой зародышевые оболочки — материал, не участвующий в дальнейшем в построении собственно эмбриона.
Митрополит Антоний Сурожский, рассуждая на эту тему, говорит: «Можем ли мы сказать, что когда Божия Матерь зачала Спасителя Христа, то до какого-то момента — до 14, 18, до 28-й недели — Он не был человеком и не был рождающимся Богом? Нет, в момент зачатия зародыш ребенка уже является человеком, его уничтожение является убийством человека. И на это надо смотреть прямо и серьезно, никакого извинения в этом отношении нет». Д.В. Попов, известный российский ученый-эмбриолог, утверждает, что изучив всю профессиональную литературу, он так и не нашел аргументированного и достойного внимания обоснования тому, что 14-й день считается началом какого-то качественно нового периода в жизни человеческого эмбриона. Проводить юридическую разницу между четырнадцатидневным эмбрионом и двадцатидневным — это то же самое, что за убийство пятикилограммового младенца давать меньший срок, чем за убийство десятикилограммового, или определять права людей в зависимости от расы, профессии либо того, кто правша или левша.
«Градуалистские» позиции
Сторонники градуалистской позиции, ставящие во главу угла поэтапность развития, обращают внимание на то, что и сперматозоид, и яйцеклетка являются живыми объектами еще до процесса оплодотворения, и подчеркивают, что оплодотворенная яйцеклетка развивается в человека постепенно. Ценность эмбриона значительна, но не абсолютна. Что же касается его права на жизнь — тут мнения варьируют в известном диапазоне: кто-то может считать, что эмбрион человека обладает правом на жизнь, другие предпочтут говорить о праве на развитие.
Сторонники градуалистских позиций полагают, что права эмбриона усиливаются и расширяются по мере его развития. Соответственно, права эмбриона могут перевешиваться другими правами или интересами, такими, как соображения здоровья матери, в тех случаях, когда эти последние сильнее. Противники такой позиции опасаются, что варьирование степени защиты, предоставляемой эмбриону/плоду в рамках градуалистского подхода, может подорвать уважение к человеческому достоинству и принцип равной моральной ценности всех лиц. Ведь с точки зрения градуалистской позиции, если по каким-то причинам нужно выбирать между эмбрионами, то исходить при выборе следует из того, какие интересы сильнее и приоритетнее. Один из сторонников этой позиции приводит такой пример: «Представьте себе, что 2-месячный ребенок оказался в ловушке в клинике, и вы могли либо спасти одного ребенка, либо 100 эмбрионов, но не обоих. Кто-нибудь колебался бы на секунду, прежде чем спасти ребенка? Наверняка нет, но если бы эмбрионы действительно были морально эквивалентны младенцам, то был бы выбор в спасении многих эмбрионов и только одного ребенка, что было бы решающей причиной спасения эмбрионов». Анализируя этот пример, нужно сказать, что наше поведение в той или иной ситуации не лишает эмбриона его статуса. То, что мы себя так поведем, говорит только о нашем восприятии (воспитании), а не о том, является ли эмбрион человеком или нет.
Выводы
Таким образом, все позиции, которые предполагают возрастание ценности и правовой защищенности эмбриона по мере того, как он приобретает внешние черты, характерные для человека, являются своего рода антиподами 2-го правила свт. Василия Великого. Внешнее сходство или несхожесть определяет видовую принадлежность эмбриона. Человек устроен так, что не может быть человеком сначала на одну десятую, потом наполовину, а затем уже целым. Во время внутриутробного существования происходит развитие. Эмбрион представляет собой настолько замкнутую систему, что извне, то есть из организма матери, он получает только воду, кислород и питательные вещества. Человек, будь то новорожденный ребенок или старик, как эмбрион или зигота, остается таковым независимо от того, сколько он весит, какой имеет возраст. Даже сам термин «развитие» не вполне подходит, так как предполагает изменение от простого, примитивного состояния к более сложному. В случае с эмбрионом скорее можно говорить о проявлении уже имеющихся, но скрытых свойств. В зиготе, оплодотворенной яйцеклетке, то есть в человеке, после зачатия есть все, что имеется у взрослого, только в одной клетке. Эту мысль можно проиллюстрировать следующим сравнением: после оплодотворения (зачатия) начинается деление клеток. Сначала образуются две клетки, потом четыре, восемь и так далее — до самой биологической смерти. Когда из одной клетки образуются две, то ни одна из них никогда не будет более сложно устроена, чем та клетка, из которой они образовались. Происходит только дифференциация, узкая специализация клеток: из зиготы произойдут и жировые клетки, и клетки соединительной ткани, и все остальные, но ни одна из них не будет более сложно устроена, чем самая первая. Даже хромосомы соматических клеток с миллиардами генов будут идентичны тем, которые образовались в момент зачатия. Поэтому делить эмбрионы на более ценные и менее ценные невозможно. Любая установка, предполагающая возможность умерщвления человека в любом возрасте, начиная с зачатия, ведет к оправданию убийства.
Жизнь человека начинается с момента зачатия. Именно образование уникального и неповторимого набора генов (генома) является ключевым моментом в формировании зародыша. Что касается клеточного микроокружения, то оно важно не само по себе, а толь­ко в качестве фона, на котором реализуется генетическая программа.

Акушерство и гинекология: пер. с англ. / под общ. ред. Г.М. Савельевой, Л.Г. Сичинава. — М.: ГЭОТАР-Медиа, 1997.с. 454.

Нобелевская премия по физиологии и медицине 2010 года. https://www.nkj.ru/archive/articles/18844/ Дата посещения: 20.20.17.

Аксенов Игорь., прот. Прогресс и современное человеческое достоинство. Этические вопросы современных вспомогательных репродуктивных технологий. // Православие и проблемы биоэтики. Сборник работ. — Москва: 2017. С. 403.

Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. XII.4 http://www.patriarchia. ru/ db/text/141422. Дата посещения: 20.20.17.

Балашов Николай, прот. Геном человека, «терапевтическое клонирование» и статус эмбриона (точка зрения православного) / протоиерей Николай Балашов // Церковь и время. — 2001. — № 2 (15). — С. 58-76.

Курило, Л.Ф. Этико-правовые аспекты использования стволовых клеток человека / Л.Ф. Курило // Человек. — 2003. — № 3. -:http://vivovoco.rsl.ru/vv/papers/men/cells.htm. Дата посещения: 20.10.17.

Курило, Л.Ф. Развитие эмбриона человека и некоторые морально-этические проблемы методов вспомогательной репродукции / Л.Ф. Курило // Проблемы репродукции. — 1998. — № 3: http://www. rusmedserv.com/problreprod/1998/3/article_90.html. Дата посещения: 20.10.17.

Балашов Николай., прот. Репродуктивные технологии: Дар или искушение? //Православие и проблемы биоэтики. Сборник работ. — Москва: 2017. С. 73.

Тертуллиан, К.С.Ф. Апология / К.С.Ф. Тертуллиан // Богословские труды. — М: Московская Патриархия, 1984. — Сб. 25. — С. 176.

Правила Святых Отцов Православной Церкви с толкованиями Епископа Никодима (Милоша). http://seminaria.accanto.ru/pravo/milosh/canons_fathers_nikodim_milosh.htm#_Toc86275502. Дата посещения: 20.10.17.

Правила Святых Отцов Православной Церкви с толкованиями Епископа Никодима (Милоша). http://seminaria.accanto.ru/pravo/milosh/canons_fathers_nikodim_milosh.htm#_Toc86275502. Дата посещения: 20.10.17.

Шалкинский, С., свящ. О времени одушевления зачатых младенцев / свящ. С. Шалкинский // Миссионерский сборник. — Рязань. 1909. — № 4, с. 240.

Давыденков Олег., прот. Догматическое богословие. М., 2005. С. 122.

Сгречча, Э. Биоэтика: учебник / Э. Сгречча, В. Тамбоне; пер. с итал. В. Зелинский и Н. Костомарова. — М: Библейско-богословский институт св. апостола Андрея, 2002. С. 167.

Проблема определения статуса эмбриона. https://articlekz.com/article/6166. Дата посещения: 20.10.17.

Силуянова И.В., Першин М.С., Ляуш Л.Б., Макеева И.М. Статус эмбриона. Человек, 2007, № 2. С. 98-108.

Антоний Сурожский, митрополит. Ответы на вопросы / митрополит Антоний Сурожский // Альфа и Омега. — 2001. — № 3(29). — С. 318-319

Цит. по Максим Обухов., прот. Этический аспект манипуляций над эмбрионами. // Православие и проблемы биоэтики. Сборник работ. — Москва: 2017. С. 84.

Защита ємбриона человека IN VITRO. Доклад Рабочей группы по защите эмбриона и плода человека. Страсбург. 2003. С.6.

Эмбриональное развитие

Зародышевое, или эмбриональное, развитие живого организма происходит либо в яйцевых оболочках вне организма матери, либо внутри него.

В ходе этого развития из яйцеклетки возникает многоклеточный организм, состоящий из различных органов и тканей, который способен к самостоятельному существованию. У всех животных зародышевое развитие включает оплодотворение яйца или, в случае партеногенеза, его активацию, за которым следуют стадии дробления, гаструляции, органогенеза с последующим выходом из яйцевых оболочек или рождением.

Оплодотворение происходит либо в организме матери, либо в водной среде. За оплодотворением следует дробление яйца, в ходе которого оно последовательно и многократно делится на бластомеры — сперва крупные, а затем всё более и более мелкие клетки. В итоге возникает многоклеточный организм — бластула. Цепь делений дробления создаёт предпосылки для возникновения дифференцировки, то есть различий между частями зародыша. Первичную дифференцировку обусловливает неодинаковый состав цитоплазмы клеток, возникших из разных участков яйца. Способность эмбриональных клеток к передвижениям также важна для формирования органов взрослого организма.

На стадии гаструляции обособляются зародышевые листки, и в результате возникает трёхслойная структура — эктодерма (внешний слой), энтодерма (внутренний слой), мезодерма (промежуточный слой).

Хотя на ранних стадиях развития эмбриональные клетки могут развиваться в различных направлениях, под действием ряда факторов они постепенно детерминируются (приобретают способность развиваться в лишь одном определённом направлении).

На стадии органогенеза, который обеспечивается, главным образом, разнообразными клеточными перемещениями и дифференцировкой самих клеток, происходит разделение зародышевых листков на зачатки органов и систем, в ходе которого крупные зачатки дифференцируются на более мелкие, и в результате создаётся всё более и более сложная структура целого организма. Например, из той части эктодермы, которая образует зачаток нервной системы, выделяется головной мозг. Из последнего обособляются зачатки глаз, в которых выделяется сетчатка, а в ней дифференцируются специализированные зрительные клетки —палочки и колбочки.

Зародышевое развитие различных групп животных проходит неодинаково: у зародышей рыб образуется большой желточный мешок, птицам свойственны желточный мешок и особые органы — аллантоис и амнион, а млекопитающим, кроме того, ещё трофобласт и плацента.

Эмбрион человека

Основная статья: Беременность человека

У человека зародышевое развитие или беременность, то есть протекающий в организме женщины физиологический процесс, который заканчивается рождением ребёнка, при нормальном течении продолжается в среднем 280 суток (10 лунных месяцев). Период развития с 9-й недели беременности до рождения в медицинской терминологии именуется фетальным, а внутриутробно развивающийся организм обозначают термином плод (fetus).

Наличие вредных привычек может отрицательно сказаться на беременности. Курение матери повышает риск рождения детей, недоношенных по срокам и по весу. Употребление алкоголя связано с задержкой физического и психического развития детей, наличием у них дефектов лица и конечностей, пороков сердца.

Прекращение беременности до истечения 28 недель вследствие рождения плода может классифицироваться либо как аборт, либо как несвоевременные роды. В СССР прекращение беременности на сроках от 16 до 28 недель считалось несвоевременными родами в случае, если плод доживал до момента выписки матери из лечебного учреждения. Иные ситуации (рождение до 16 недель, смерть плода до момента выписки) причислялись к абортам, подразделяемым на искусственные и самопроизвольные, последние также именуются выкидышами.

Причинами самопроизвольных абортов (выкидышей) могут быть:

  • инфекционные заболевания, как острые (например, тифы, малярия, краснуха, крупозная пневмония, грипп), так и хронические (например, сифилис, туберкулёз, токсоплазмоз);
  • сердечно-сосудистые заболевания (гипертоническая болезнь, тяжёлые пороки сердца), заболевания почек, эндокринные расстройства, психические травмы;
  • хронические отравления, вызванные ртутью, бензином, никотином, алкоголем, марганцем;
  • несовместимость крови матери и плода (в первую очередь, различие по резус-фактору);
  • заболевания половых органов женщины (опухоли и воспалительные процессы половых органов, инфантилизм и др.);
  • дефицит витаминов (главным образом, А и Е) в пище беременной;
  • хромосомные нарушения.

Статус человеческого эмбриона

Вопрос о статусе человеческого эмбриона рассматривается, среди прочего, в рамках биоэтики. Ключевое значение при таком рассмотрении имеет признание или непризнание «человеческого» содержания у эмбриона.

На данный момент статус эмбриона в российском законодательстве не до конца ясен, поскольку трудно «ответить на вопрос о том, воспринимает ли право идею существования эмбриона как субъекта правоотношений». В частности, закон «О трансплантации органов и (или) тканей человека» рассматривает эмбрионы как разновидность человеческих органов, хотя его действие на эмбрионы не распространяется. Далее, существует представление о невозможности считать эмбрион человеком, «так как он не обладает правоспособностью».

В то же время юридическая мысль признаёт, что к человеческим органам эмбрион отнесён быть не может, поскольку является новым организмом со своими собственными органами. Осознаётся и тот факт, что «в эмбрионе заложены все основы жизни». Таким образом, ситуацию следует признать сложной в силу двойственности правовой природы эмбрионов, что создаёт серьёзные правовые проблемы, ибо «возникает вопрос о том, может ли эмбрион быть объектом правоотношений».

Право собственности на эмбрионы

Эмбрионы становятся предметом имущественных споров в разных странах, включая США. Весьма известно так называемое дело Дэвисов (слушалось в 1989 году в штате Теннеси), когда в процессе раздела имущества разводящихся супругов возник вопрос о правах на ранее замороженные эмбрионы. В итоге суд передал эмбрионы матери во временное владение для целей имплантации. Кроме того, суд установил, что человеческая жизнь начинается с момента зачатия и что по этой причине эмбрион не является объектом права собственности.

Однако в другом деле, которое слушалось в Нью-Йорке в 1995 году, эмбрионы были переданы бывшей жене в собственность. Известен также случай, когда супруги требовали изъять из лаборатории ранее переданный ими на исследование эмбрион. В итоге суд потребовал передать эмбрион супругам, не обнаружив, однако, наличия права собственности и подтвердив, «что человеческий эмбрион не является объектом права собственности».

Таким образом, американская правовая мысль в принципе готова признать эмбрион объектом правоотношений, однако этот объект весьма специфичный: как правило, суды не признают право собственности на эмбрионы, поскольку последние являются началом новой человеческой жизни.

Права эмбриона

В дискуссиях о приемлемости или неприемлемости тех или иных манипуляций с эмбрионами важное место занимает понятие прав эмбриона. В частности, запрет на использование эмбриона или эмбриональных тканей в целях медицинских исследований основан на признании таких прав. Их защитники, сторонники так называемой «консервативной позиции», ссылаются на то, что с момента зачатия человеческая жизнь свята и неприкосновенна, а также утверждают, что эмбрион обладает всеми человеческими правами. Сторонники так называемой «либеральной позиции» даже на самых поздних стадиях беременности отказываются признавать самостоятельный статус плода, а решение его судьбы отдаётся матери или медикам.

Естественные неотчуждаемые права человека включают, среди прочего, право на жизнь. Вопрос о том, каков момент возникновения права на жизнь, от которого и берёт свой отсчёт правосубъектность, крайне важен для уголовного и гражданского права и для юриспруденции в целом. Существует представление, согласно которому правовой статус эмбриона должен определяться на основе того факта, что эмбрион является началом новой жизни, а не частью человеческого организма. Сторонники этой позиции исходят из того, что человек как новое существо (биологический индивидуум) возникает сразу после слияния родительских половых клеток.