Все о монашестве

Что вы знаете о жизни в монастыре?

Николай (имя изменено по собственному желанию) 40 3 года назад монах, принял постриг в одном из монастырей на дальнем востоке России.

В монастырь, как это сказано у святых отцов (смотри преподобного Иоанна Лествичника), уходят из 3 побуждений: из любви к Богу, желая достичь Царствия Небесного и ради покаяния. Уходя от мирской жизни, человек отрекается от всех привязанностей — как к материальному, так и к чувственному. истинный монах не желает ничего, кроме Бога. Если человек решился поступить в монастырь, то нужно молиться, чтобы Господь явил каким-либо образом Свою Волю относительно этого намерения. Я, конечно, могу и о своём опыте сказать, но у каждого приходящего в монастырь — свой путь. Это – опыт, накопленный тысячелетиями.

Придя в монастырь, человек проходит определённые стадии от трудника до принятия монашества. Главное в самом начале, как мне кажется, иметь решимость, терпение и веру в Бога. Дело в том, что по личному опыту и опыту многих то, с чем соприкасаешься уйдя от мирской жизни и поступив в монастырь, всегда отличается от того, что ты читал в книгах об этом или успел заметить совершая паломничества. Вот тут весьма ценным подспорьем является указание святых отцов на приличествующий пришедшему в монастырь образ мыслей и поведения, а именно: следует запомнить 2 главных слова на все случаи жизни — «Простите» и «Благословите». То есть, необходимо иметь такое смиренное устроение, чтобы во всех спорных, конфликтных, затруднительных моментах взаимоотношений с братией (сестрами) монастыря уступать и признавать своё недостоинство, а также поступать всегда по благословению старших и руководителей, тем самым воплощая в жизнь стремление отречься от мира и в первую очередь — от собственной воли и рассуждения. Это последнее — наиболее сложная задача, с которой столкнулся я. Полезным бывает помнить и почаще приводить на ум пословицу «Со своим уставом не лезь в чужой монастырь».

Стадии, которые проходит поступивший в монастырь — трудничество, послушание, монашество. Монашеству может предшествовать иночество. в таком случае, человек ещё не даёт монашеских обетов, но проходит постриг и облачается в иноческую одежду. Но перед тем, как поступать даже на трудничество, нужно испросить благословления у старца – сейчас старцев не так много, но есть. Я, когда обдумывал свое решение, так и сделал, и мне благословление было дано. Монастырь же нужно выбирать также тщательно, как жену. Мне тут повезло, я сразу угадал, но желательно поездить, посмотреть, пожить, чтобы понять, в какой степени тебе близок устав и дух этого братства или сестричества. Некоторые монастыри находятся в центре больших городов, есть уединенные монастыри, там другой образ и течение жизни. Бывают монастыри культурные центры, бывают издательские центры, как в Сретенском монастыре или Даниловском. Жизнь везде очень разная.

На каком-то этапе ты еще можешь вернуться к мирской жизни, и на каком-то – уже нет. Пока ты смотришь, ездишь – можешь понять, что твоя душа не лежит к этому. Но есть определенные стадии, после которых так сделать уже невозможно. Только поступив в монастырь, человек работает трудником, просто выполняет определенные задачи, но живет по расписанию монастыря, посвящая большую часть своего времени работе. Через какое-то время, если он все принимает и удовлетворяет требованиям, которые предъявляет духовный совет монастыря или игумен, то он может остаться в качестве послушника. У него уже появляется другая одежда: подрясник и пояс. Это первый шаг к принятию монашества, и с него уже не сворачивают. Человек уже ступил и уже идет не оглядываясь. После послушничества следующая стадия – уже монашество. Но иногда есть ей предшествующая – иночество. В иночестве человек еще не приносит обетов, но уже над ним совершается постриг, он снова облачается в иную одежду. С послушничества не принято, но иногда уходят. А с иночества и монашества уже развернуться нельзя – это обернется трагедией для вашего духовного пути и духовного развития. Если все-таки снедает желание вернуться в мирской мир, нужно об этом говорить со своим духовным отцом.

В монастырь не принято уходить, имея долги, не вырастив детей до совершеннолетия, иногда духовные старцы не благословляют тех, у кого на попечении пожилые родители. Бог никого не неволит, главное – вовремя распознать.

В моей жизни случилась определенная череда обстоятельств, в том числе, судебного характера. Все это заставило меня отнестись к подобным вопросам с большим вниманием, хотя я достаточно давно и так старался жить духовной жизнью. И некоторые события привели к тому, что я воспринял указание, данное мне, и выбрал именно такой путь. Если вспомнить три причины, которые приводят святые отцы, то, в моем случае, это покаяние. Моя жизнь до 40 лет была в неправильном русле, как мне кажется.

Самое тяжелое для меня – это отсекать свою волю, а в монастыре это необходимо, потому что человек, приходя, дает три обета: целомудрия, нестяжания (то есть добровольной нищеты) и послушания, то есть отсечения собственной воли. Тем самым человек уподобляется Христу – Он жил именно таким образом, и это отсечение собственной воли – наиболее сложный этап для меня. С другой стороны, если все правильно понимать, он же и самый простой. Но будучи, как и все, эгоистом, имея собственное мнение, развиваясь интеллектуально – мне было тяжело потому, что нужно было со всем этим расстаться. Я родился, вырос в Москве и там же получил образование – но у нас в монастыре есть люди из разных мест, кому-то проще, для кого-то это вообще не проблема.

Сложные бытовые условия, трудный режим питания, в монастырях не едят мясо, очень много постных дней, у нас в силу географического положения нет достаточного количества овощей и фруктов. А человек ивык к определенному качеству жизни и яствам, вот это может ему тоже показаться тяжелым. Чревоугодие иногда тоже сложно преодолимо. Неподготовленным вообще тяжело: выстаивать монастырские службы, иметь достаточную концентрацию для молитвы.

В моей жизни за 40 лет период жизни (в монастыре) – это наиболее полное состояние: принятое определенное решение, четкий образ жизни, очень правильный. В монашеской жизни Господь посылает утешения, богослужения, частые причащения, частая возможность исповедаться – в духовном плане это улучшает, по крайней мере, атмосферу, в которой ты существуешь. В миру все это гораздо сложнее и больше вещей и событий, которые уводят тебя в неправильное состояние души.

Например, человеческие отношения, которые наполнены далекими от духовных ценностей явлений: стяжательство, жестокость, ложь, лицемерие, и все это на каждом шагу. И вот ты живешь в этом, действуешь по правилам того или иного сообщества – но если ты пытаешься при этом жить духовно, то это мешает твоим прямым обязанностям.

А в монастыре в центре всего находится духовное самосовершенствование, Господь помогает, это может быть радость от богослужения, праздника, песнопения, помощи, которую ты оказал брату, переступил через себя. Но одно из самых сильных ощущений – это цельность от осознания правильности принятого решения. Ты все понимаешь: что за трудности, почему эти трудности, как они преодолеваются многими поколениями монахов. Человек борется и с собой, и силами противодействующими.

Если Фанару удастся заставить Поместные Церкви признать свои решения по Украине, тогда совершенно в ином статусе будет представать еще одно важное событие. Речь о праздновании 1700-летия І Вселенского Собора в Никее в 325 г. На нем Римская Церковь еще была вместе со всеми Православными Церквями. Это обстоятельство дает повод организовать некое мероприятие, которое может стать просто встречей папы и Константинопольского патриарха, а может — и полноценным Собором, на котором будет объявлено о «преодолении» схизмы.

Договоренность о совместном праздновании юбилея І Вселенского Собора была достигнута в 2014 г., когда папа Франциск и патриарх Варфоломей вместе праздновали немного более скромную дату — 50-летие «снятия» взаимных анафем 1054 г. между Константинопольским патриархатом и Ватиканом. Эти анафемы «сняли» в 1964 г. папа Павел VI и патриарх Афинагор (Спиру). Кстати, по инициативе последнего.

И вот в 2014 г. на встрече в Иерусалиме, также по инициативе патриарха Константинопольского, была достигнута предварительная договоренность о проведении в 2025 г. совместного Собора или аналогичного мероприятия между Ватиканом и Фанаром.

Папа Франциск и патриарх Варфоломей в Иерусалиме в 2014 г.

Тогда папа, обращаясь к патриарху Варфоломею, заявил: «Ваше святейшество, возлюбленный брат мой, дорогие братья, отложим в сторону все колебания, унаследованные от прошлого, и откроем наши сердца Святому Духу, духу любви и правды, чтобы вместе идти к благословенному дню нашего вновь обретенного и полного единства. Мы не можем отрицать тот факт, что между нами, последователями Христа, все еще существует разделение, драма которого особенно остро чувствуется в этом святом месте. <…> Но различия не должны пугать нас и останавливать на нашем пути. Мы должны верить, что как был отвален камень с могилы Христа, так и все препятствия к полному объединению между нами будут преодолены».

Как известно, между Православием и католичеством существуют не просто «препятствия», а серьезные различия догматического характера. Интересно, какими словами их характеризует папа Франциск: «Всякий раз, когда мы преодолеваем старые предрассудки и отваживаемся продвигать новые братские отношения, мы свидетельствуем, что Христос действительно воскрес!»

По итогам встречи в 2014 года патриарх Варфоломей заявил, что они с папой Франциском «договорились оставить в наследство нам и нашим преемникам собрание в Никее в 2025 году, чтобы вместе, спустя 17 веков, праздновать первый по-настоящему Вселенский Собор, на котором был впервые обнародован Символ веры».

«Украинский вопрос дал повод Константинопольскому патриархату еще больше сфокусировать внимание на природе вселенского первенства». Из доклада монахов Паисия Кареота и Епифания Капсалиота.

Наверное, ни один православный человек не будет против объединения с католиками, в случае оставления последними всех их ересей, накопившихся за последнее тысячелетие. Но признаков такого развития событий нет. Наоборот, история свидетельствует, что когда проводят совместные Соборы Ватикана и Константинопольского патриархата, это, как правило, заканчивается унией, то есть отрицанием Православия, принятием католических догматов и подчинением римскому папе. Так было в Лионе в 1274 (Лионская уния), так было и во Флоренции в 1439 г. (Флорентийская уния).

Как же можно противостоять угрозе заключения очередной унии в Никее в 2025-м?

Афонские монахи Паисий Кареот и Епифаний Капсалиот утверждают, что для этого также имеется своя богословская и каноническая база. Речь о документах, принятых на Московском Соборе в 1948 г. Этот Собор, именуемый церковными историками Совещанием глав и представителей автокефальных Православных Церквей, был приурочен к празднованию 500-летия фактической самостоятельности Русской Церкви.

Главы и представители автокефальных Православных Церквей, 1948 год

В совещании участвовали главы Грузинской, Сербской, Румынской, Болгарской, представители Константинопольской, Александрийской, Антиохийской, Элладской, Албанской и Польской Православных Церквей.

Среди прочих вопросов совещание обсудило и вопрос взаимоотношений с Ватиканом. Была принята специальная «Резолюция по вопросу „Ватикан и Православная Церковь“». В ней говорится: «Совещание Предстоятелей и Представителей Православных Автокефальных Церквей <…> определяет, что Римская курия (курия, не Церковь! — прим.ред.) во главе с епископом г. Рима на протяжении ряда веков, как еще давно писали отцы Африканского Собора папе Целестину, под влиянием „мирского дымного надмения“ и других чисто человеческих мотивов, извратила истинное евангельское учение, полученное от Господа через святых апостолов, этих „труб Святого Духа“ (1-е правило VII Вселенского Собора). Презрев категорическое повеление Отцов VI Вселенского Собора, — „хранити неприкосновенную нововведениям веру, преданную нам от самовидцев и служителей Слова, богоизбранных апостолов“ (1-е, правило VI Вселенского Собора, ср. 1-е правило VII Вселенского Собора), римские епископы нарушили чистоту учения древневселенского Православия новоявленными догматами: о „Filioque“, Непорочном Зачатии Божией Матери и, в особенности, совершенно антихристианским учением о главенстве в Церкви папы и его непогрешимости. Вследствие этого антихристианского нововведения, римские епископы причинили огромный вред единству Вселенской Церкви Христовой и вообще делу созидания спасения человеков на земле. <…> Таковое наше определение, осуждающее папство, не является случайным, но оно вытекает из самых основных принципов древневселенского Православия, выраженных в известном правиле Викентия Лиринского: „Id te-neamus, quod semper, quod ubique, quod ab omnibus credi-tum est“ („мы сохраняем то, во что верили всегда, всюду и все“). <…> Мы горячо молим Пастыреначальника, Господа нашего Иисуса Христа, чтобы Он просветил светом Своего Божественного учения католическую иерархию и помог бы осознать ту пучину греховного падения, в какую низвели они Западную Церковь как своими новоявленными учениями о главенстве и непогрешимости папы, так и использование Церкви в интересах политической борьбы».

Это определение не подписали представители Константинопольской и Элладской Церквей.

Впоследствии было присоединение Русской Церкви под давлением советского правительства к экуменическому движению, но сегодня очевидным становится важность не поиска мнимого единства с различными конфессиями, а твердого свидетельства о неизменности и непреложности Истины, которую содержит Православная Церковь.

Завершается доклад монахов Паисия Кареота и Епифания Капсалиота такими словами: «Значение Собора 1948 года, и мы это еще раз подчеркиваем, велико и ждет своей справедливой исторической оценки. Как нам кажется, Русской Церкви дан прекрасный момент восстановления связи со своим прошлым, что откроет ей возможность проложить путь такому развитию событий, которое позволит ей стать ведущей силой, способной реализовать и желание всех православных народов вернуться к традиционному Православию, далекому от губительного влияния экуменизма и тех, кто обязался действовать в качестве его орудий».

То, что сейчас именно Русская Православная Церковь противостоит стремлению Фанара создать условия для «объединительного» Собора с Ватиканом в 2025 г., — не заслуга ее, а тяжелое бремя, которое она должна нести. Борьба за Православие никогда не была легкой, но Бог всегда помогал выстоять тем, кто оставался верен Ему. Поможет он выстоять и нам, верным чадам Украинской Православной Церкви. Ведь главный фронт этой борьбы за Православие сейчас проходит в нашей стране.

Читайте также: Покидая дурдом: что видят украинцы, уезжая в Крым через КПП «Чонгар» (ФОТО)

Кирилл Александров

Святые отцы о монашестве Если бы в миру знали, как трудно жить в монастыре, то хотя бы их палкой били, не пошли бы в монастырь. А если бы знали, какая награда монашествующим на небе, все бы бросили и ушли в монастырь. Монашеский подвиг и свв. отцам казался трудным, а нам, страстным, и подавно. Но дело в том, что это труд не напрасный, не то что скорби мирские. Монах должен жить по-ангельски: чисто, свято, во смирении, послушании и молитве непрестанной, в незлобии и любви к ближним. Доля монашеская высока, оттого она и тяжела здесь. Сердце инока должно гореть, пламенеть любовию ко Господу. Теплохолодность — порок для монаха, с нею никогда не сделаешься истинным монахом. Монах должен быть один — «монус», а другой с ним — Господь. Монах любит всех людей, но скучает с ними, потому что они отлучают его от Бога. Не монашеское дело — думать и заботиться о мирских, хотя бы и родственниках. Есть мирянки, в светлые платья одетые,- инокини по духу, и есть мантийные — мирянки сердцем. «Кто на том свете будет духовником, если у нас было их много в течение всей жизни?» — «Каждый духовник будет отвечать за свой период духовничества». Поучение Ефрема Сирина Блажен, кто ненавидит плотскую жизнь и с Богом одним беседует! Блажен, кто на земле живет как ангел и, подобно серафиму, имеет чистый помысл всегда. Блажен, кто помышляет о дне судном и омывает грехи свои слезами покаянными. Блажен, кто ради угождения Господу становится свободным от суетных мирских вещей. Блажен, кто преуспевает в воздержании и делании иноческом. Блажен, кто устам положил хранение. Блажен, кто ненавидит грех и возлюбит добродетель. Блажен, кто слезами победит в себе страсти. Блажен, кто имение свое продаст и купит Небесный бисер — Христа. Правила иноческой жизни Василия Великого Люби слушать или читать слово Божие, жития и поучения святых: в них найдешь правила и примеры святой, угодной Господу Богу жизни. Непрестанно смотри за собою, каждый вечер рассматривай свои мысли и желания, какие в тебе возникли, слова, какие ты сказал, и дела, какие ты сделал в продолжение дня, и усердно молись Богу о прощении всего, что сделано против Его заповедей, и всячески спеши исправиться. Как можно чаще, внимательнее и дольше размышляй о смети,, о том, как она неизбежна, неожиданна, что земные блага не годны для будущей жизни; размышляй о втором пришествии Господа на суд мира, о мучении грешных и о блаженстве праведных. Люби молитву и постоянно ею занимайся. Люби пост, потому что без него нельзя избежать худых помыслов, а за помыслами и худых дел. Где бы ты ни был, что бы ни делал, всегда твердо помни, что ты думаешь, чего желаешь, что делаешь. Соображай (согласуй) все свои мысли и желания, слова и дела со Христовым Евангелием; строжайше исполняй все заповеди Христовы и будь весь Христов. Чтобы возлюбить Бога, чаще размышляй о величии Божием, о Его благости, о своем ничтожестве и греховности. Святую память о Боге носи всюду с собою, как неизгладимую печать. Ему же слава, ныне и присно и во веки веков. Аминь. Привыкай к неудобствам Мир находится в состоянии дремоты, греховного сна…, спит. Будит его Бог войнами, моровыми поветриями, пожарами, бурями сокрушительными, землетрясениями, наводнениями, неурожаями… Увы! Не слышит он гласа Божия! Люди почивают на одре лени, самообольщения, а о спасении и думать забыли. Некогда: надо то пороптать, то поспать, то посудить других, а других-то много, ну и некогда подумать о душе своей и о вечности! Люди в продолжение всей земной жизни всего ищут, кроме Христа Жизнодавца, оттого и преданы всяким страстям: безверию, маловерию, корыстолюбию, зависти, ненависти, честолюбию, удовольствиям в пище и питии и другим страстям. Только при конце своей жизни ищут Христа в причащении, и то по вопиющей необходимости, и то как бы по принятому другими обычаю. Странно и жалко видеть, из-за каких пустых причин диавол лишает нас любви к Богу и ближнему: из-за земного праха — из-за денег, из-за пищи и пития, одежды, жилища. Стремящийся ко спасению не должен иметь пристрастия нe только к пище и питию, к одежде, к просторному и благоукрашенному жилищу, к богатой утвари домашней, но и к своему здоровью, даже к своей жизни не должен иметь ни малейшего пристрастия, предав всю свою жизнь в волю Господню. Пристрастие ко временной жизни, к здоровью ведет ко многим уклонениям от заповедей Божиих, к потворству плоти, к нарушению постов, к унынию, нетерпению, раздражительности. Злополучен, кто любит чрез меру удобства в жизни. Обставив себя всевозможными удобствами, он будет чуждаться всякого неудобства, изнежится и не привыкнет к терпению. Между тем жизнь христианина вся есть неудобство, путь узкий и шероховатый, есть крест, требующий неудобств и всякого терпения. Его сердце любит не удобства мира сего, а Христа Крестоносца. Терпи неудобства, привыкай к неудобствам. «Навыкох, в них же есмь, доволен быти»,- говорит апостол. Злополучен, кто любит украшения для тела своего и ищет почестей: он сделает из себя постыдный кумир. Завидовать почестям, богатству, одежде есть безумие. Богатство — самый проворный приспешник в худом, потому что при могуществе всего сподручнее сделать зло. Подарок заставляет и мудрецов видя не видеть. Золото — такая же ловушка для людей, как сеть для птиц. Ум озабоченный — это моль, которая точит кости. Ослепляется ум тремя страстями — сребролюбием, тщеславием и сластолюбием. Не питай пристрастно плоть свою, не ласкай ее и не усиливай ее тем против духа. Невольником будет дух у плоти. Ничто так скоро не погашает в нас духа веры, как невоздержание, лакомство и пресыщение, рассеянная, разгульная жизнь. Отказывай себе в чувственных удовольствиях в той надежде, что вместо них получишь удовольствия высшие, духовные, Божественные. Всякое пристрастие к земному — мечта диавола и мечта нашего самолюбия. Эгоистическое желание — смущение, порыв от диавола. Ревнующий о благочестии! Тебе придется слышать, и. может быть, нередко, более от своих домашних, что ты тяжелый, невыносимый человек. Ты увидишь к себе сильное нерасположение, вражду за свое благочестие, хотя враждующие и не будут выражать, что именно за благочестие они враждуют против тебя,- не возмущайся этим и не приходи в отчаяние, потому что диавол в самом деле может преувеличивать до огромных размеров некоторые слабости твои, от которых и ты не свободен как человек, но припомни слово Спасителя: «Враги человеку — домашние его» (Мф. 10, 36) и от недостатков исправляйся, а благочестие держи твердо. Смотри на себя беспристрастно. В самом деле, не тяжел ли ты по своему характеру, особенно для домашних своих? Может быть, ты угрюм, неласков, необщителен, неразговорчив? Распространи свое сердце для общительности и ласки, но не для потворства. Будь кроток, нераздражителен, терпелив. Только спокойные и кроткие обличения вразумляют людей. Жестокие более раздражают, нежели пользуют. Дар прощать выше дара исправлять наказанием. Не за все выговаривай — иное сноси, проходя молчанием, и смотри на то сквозь пальцы: «Любы все покрывает и все терпит». Мы всюду окружены соблазнами, но можно жить среди грешных, а самому не грешить. Надо поддерживать всегда и везде горение души, и тогда легко будет переносить все обиды. Когда у нас Христос в сердце, то мы всем довольны бываем: и неудобство для нас как лучшее удобство, и горькое — как сладкое, и бедность — как богатство, и голод — как сытость, и скорбь — как радость! С радостью расточай Душа человеческая есть свободная сила, ибо она может сделаться или доброю, или злою силою, смотря по тому, какое ты сам дашь ей направление. Злая сила заставляет гордого человека в других видеть только плохое, и он радуется, когда говорят о них худо, а ты иначе поступай: ревнуй о взаимной любви и никого не осуждай. Каждый за себя даст Богу ответ, а ты в себя смотри! Злобы берегись! Отыщи в злом человеке что-либо доброе и порадуйся об этом добре и с радостью говори о его добрых качествах. Нет человека, в котором не было бы какого-нибудь добра. Зло же, находящееся в нем, покрывай любовию и молись за него Богу. Живи со всеми в мире, согласии, любви, тишине, уважай других, снисходи к их слабостям, не гордись, не завидуй, не враждуй, плотские похоти обуздывай, целомудрствуй, воздерживайся от всякого излишества, делись с неимущим, за всех молись как за себя, особенно за тех, кто тебе в тягость, кто унижает, огорчает, оскорбляет тебя, возводит напраслину. Они тебе зло, а ты им добро делай. Никому не желай и не делай зла. Врагов надо любить: ведь их диавол учит и подстрекает враждовать, чтобы тебя испытать, любишь ли ты ближнего по Евангелию. Обращай на себя внимание в то время, когда люди обижают тебя, ругают, смеются над тобою. Если ты в это время спокоен, не исполняешься духом вражды, ненависти, нетерпения, если продолжаешь любить этих людей так же, как и прежде, то ты любишь ближнего по Евангелию, а если раздражаешься, то не любишь. «Аще любите други ваша токмо, кая вам благодать есть?» Ничто так не уподобляет нас Богу, как то, когда мы прощаем людей злых, которые обижают нас. Молитва за врагов — это милость (милостыня) выше всякой милостыни, подаваемой неимущим. Если нищие ежедневно преследуют тебя, это значит, милость Божия непрестанно преследует тебя: «Блажени милостивии, яко тии помиловани будут» (Мф. 5, 7). Кто же будет убегать от милости Божией? Все жертвы и милостыни нищим не заменят любви к ближнему, если нет ее в сердце, поэтому при подаянии милостыни всегда нужно заботиться о том, чтобы она подаваема была с любовью, от искреннего сердца, охотно, а не с досадой и огорчением. Самое слово «милостыня» показывает, что она должна быть делом и жертвою сердца и подаваема с умилением или сожалением о бедственном состоянии нищего и с сокрушением о своих грехах, в очищение которых подается милостыня, ибо милостыня очищает всяк грех. Кто подает милостыню неохотно и с досадою, скупо, тот не познал своих грехов, не познал самого себя. Милостыня есть благодеяние прежде всего тому, кто ее подает. Милостыни заглаждают грехи, умерщвляют смерть, угашают вечный огонь мучений. Когда подаешь милостыню, подавай с великодушием, с ласковостью в лице, снабди в большей мере, нежели сколько просят. Не старайся распознавать недостойного от достойного; пусть все люди будут у тебя равны для доброго дела. Ибо сим способом можешь и недостойных привлечь к добру, потому что душа, посредством телесного, скоро привлекается в страх Божий. Сохрани тебя Бог от того, чтобы пожалеть вещественного твоего достояния в жертву Господу, или Пречистой Его Матери, или другим святым Божиим и таким образом предпочесть вещество духу. Смотри, чтобы достояние твое не было тебе в погибель. Ты должен твердо верить, что вместо тленных благ Господь или святые Его воздадут тебе нетленными благами, вместо временных благ — вечными. А блага духовные — свет духовный, прощение грехов, дар живой веры, надежды крепкой и любви нелицемерной, мира и радости в Духе Святом — бесконечно выше вещественных даров. С радостью расточай стяжания свои в жертву Господу и святым Его. Если через чьи-либо руки пересылаешь их, то они дойдут до принадлежности, а если люди утаят жертву Господню, Сам Господь взыщет с них и ни едина лепта не пропадет туне, но принесет тебе соразмерный вере и расположению сердца твоего дар от Господа. Доброхотное даяние предполагает в даятеле душу чувствительную, сердце нежное и открытое для всего доброго, а потому и способное для вмещения даров благодатных. Можно ли не любить такую душу и такое сердце? Как тяжело в час кончины бывает человеку, который не подавал милостыню и который в этой жизни имел идолом деньги, или пищу, или питие, или земные почести. Сласти, деньги — хуже обыкновенного праха, сора, потому что они засоряют душу, тогда как обыкновенный сор засоряет только тело, одежду, жилище. Теперь это все ему не нужно, а между тем сердце крепко привязано к ним. Истинного же сокровища, дающего жизнь вечную, то есть добродетелей нестяжания и милосердия, он не имеет. Может ли он надеяться на милость Божию, не оказав свою милость ближнему? «Какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Мф. 7, 2). Итак, чтобы легче было умирать — а умирать надо всем,- не должно иметь пристрастия ни к чему в мире, надо обуздывать страсти, иметь во всем воздержание, проявлять милосердие к ближним.